Книга Фиктивная жена, страница 18 – Наталья Шагаева

— Нет, я не…

— Да, мама, это новая соседка, — перебивает меня Платон. — Ее родители не против, что она у нас.

— Вот и хорошо. Хотите кушать? Пойдемте, я вас накормлю, пока отец на обед не приехал, — женщина начинает торопливо складывать пряжу в корзину. А у меня округляются глаза. Насколько я знаю, их отец погиб.

— Нет, мам, мы не голодны.

— Опять наелись сладкого? — строго спрашивает. Платон кивает, неохотно улыбаясь, а у меня в груди все сжимается. То есть эта женщина живет в прошлом времени и всех воспринимает как маленьких детей? — А Мироша где? Опять гуляет с теми хулиганами?

— Я не знаю, мам.

— Ну ладно, идите поиграйте тогда. Угости девочку фруктами.

— Хорошо, мам, — кивает Платон, подхватывает мою сумку и ведет в дом. А я все оглядываюсь на женщину, и становится не по себе. Она улыбается и что-то говорит в воздух.

— Ты не бойся, она безобидная. Просто нужно с ней соглашаться.

— А что будет, если ей сказать, что вы уже не дети и…

— Даже не думай! — резко обрывает меня парень. — Арон уже сорвался недавно, пытался ее просветить. Итог: несколько месяцев в клинике.

— Когда это с ней случилось?

— После смерти отца… она сначала ушла в себя, а потом однажды проснулась утром и решила, что живет в прошлом, где мы дети, Мирон подросток, а отец жив. Любое отрицание вызывает в ней страшные приступы истерики.

— Мне так жаль, — искренне произношу я, когда мы проходим в дом.

— Всем нам жаль, но… — Платон не договаривает, потому что к нам выходит женщина лет пятидесяти.

— Знакомься, Мила, это Людмила Владимировна. Можно просто тетя Люда. Можно же? — хитро спрашивает женщину в простом платье и фартуке в ромашку.

— Конечно, можно, — улыбается она, рассматривая меня. — Иди показывай девочке комнату, там все приготовили, Мирон Яковлевич распорядился. Как разместитесь, спускайтесь в столовую. Накормлю вас. Хоть будет кого кормить, а то все такие занятые, — деловито цокает женщина, но по-доброму. Она похожа на мою бабушку. — Я пойду, с Марией немного посижу, — кивает в сторону сада, где сидит мама братьев.

Женщина выходит во двор, а мы поднимаемся наверх. Платон показывает двери в комнаты Мирона, Арона и в свою – как раз напротив моей, в конце коридора. Моя комната оказывается огромной. Большая кровать с высокой мягкой спинкой, множество подушек, пушистый ковер, светлые тона, воздушные шторы. Пара больших кресел, встроенный шкаф; туалетный столик, по бокам которого два зеркала размером почти во всю стену, а посередине третье – небольшое, круглое, с подсветкой. Высокий потолок с множеством софитов и собственный балкон. Красиво, лаконично и даже уютно.

— Нравится? — усмехается Платон – видимо, я раскрыла рот.

— Да, очень, — киваю, а Платон подходит вплотную и обхватывает меня за талию, притягивая к себе. — Ты такая… такая… Невозможно тебя не касаться, — шепчет он мне и тянется к губам. Закрываю глаза, пытаясь расслабиться и принять его поцелуй.

Есть еще одна причина выстроенной мной границы между нами. Я ничего не испытываю, когда он меня целует. Нет, мне не противно, но и нет никаких эмоций. Теплые губы, приятный запах – и все… А в голове – что угодно, кроме Платона и самого поцелуя.

— Ладно, малышка, — шепчет мне в губы, немного сильнее сжимая руки на талии, — располагайся и спускайся в столовую. Пообедаем.