Книга Мой (не) случайный, страница 23 – Наталья Шагаева

Напрягает ее жених. Никогда не соперничал. Если женщина несвободна, она мне неинтересна. У меня не было времени и желания бороться за женщину. Я слишком ценил свое время. А сейчас кажется, что этот парень здесь лишний. Не подходит он ей. Ну что он может дать такой живой девушке? Ничего. А я могу. Она достойна лучшего. Лучшей жизни.

Извини, мужик, таков закон каменных джунглей. У кого больше возможностей, тот и получает женщину. И я четко понимаю, что хочу ее забрать. Вот так некрасиво увести чужую невесту. Возможно, это пресловутый кризис среднего возраста, и я хочу доказать себе, что еще на многое способен. Но если я ставлю цель, то добиваюсь ее.

Аля сказала «да». Но меня это не задевает и не останавливает. Хотя бы потому, что, прежде чем ответить, Аля смотрела мне в глаза. В ее испуганном зеленом взгляде читалась паника. И мне этого достаточно, чтобы понять: девушка не хочет замуж, и я ее заберу. Нет, ее глаза кричали на меня, запрещая так откровенно смотреть и вмешиваться в ее жизнь. Но это все агония, Лиса. Трудно обрывать привычную жизнь и прыгать в омут с головой. Но мы прыгнем.

Цепляюсь с ее женихом взглядами. Красивое предложение. Браво. Банально, но пафосно. Не радуйся так, ты просто не оставил девушке шанса сказать «нет», но до загса вы не дойдёте. Это я тебе обещаю. И парень правильно меня понимает, по глазам вижу: он уже считал и осознал, что теряет Алевтину.

Алевтина

Дима напился. Не просто выпил лишнего, а перепил. Я не смогла его остановить. Он не слушал никого, словно с цепи сорвался. Никогда не видела его в таком состоянии. Обычно он знает меру. Мы не могли утащить его в номер, по–хорошему он не соглашался, требуя еще и еще.

Дима кое-как стоял на ногах и еле шевелил языком.

— Аля, ты меня любишь? – задает вопрос, пока я его раздеваю, пытаясь уложить спать.

— Ой, молчи лучше, завтра ты очень пожалеешь о том, что сегодня напился до такого состояния, – стягиваю с него штаны и носки.

— Не уходи от ответа. Ты меня любишь? – настаивает он.

— Дима, присядь, пожалуйста, я пуловер сниму, – пытаюсь поднять его в сидячее положение.

Я трезва, бокал шампанского за ужином уже выветрился. После поцелуя в лифте я запретила себе пить в общем. Димка привстает, и я, наконец, стягиваю с него пуловер.

— Ты так и не ответила... – констатирует он заплетающимся языком. Да, не ответила. Мне вдруг стало трудно признаваться ему в чувствах, словно у меня их нет.

— Дим, ложись спать, – толкаю его на подушки и накрываю одеялом.

— Только вместе с тобой, – ловит меня за руку и дергает на себя. Теряю равновесие, заваливаясь сверху на Диму. «Мои девочки» оказываются перед его лицом. – Не надевай больше таких открытых платьев. Это вульгарно! – выдает он мне. – Все на тебя пялятся, – недовольно морщится. Раньше он не комментировал мои наряды, точнее, ему все нравилось. – Как шлюха, – шлепает меня по попе.

— Отпусти! – отталкиваю его, выбираясь из удушливых объятий. Он никогда меня не оскорблял. – Я сейчас не залепила тебе пощёчину, только потому что ты невменяем. Завтра жду от тебя извинений! – выдаю, хватаю халат и иду в ванную.

— Ах, вот оно как ты заговорила. Ты еще мне не объяснила, кто тот холеный мудак, который улыбался тебе в ресторане! – кричит мне вслед, но я скрываюсь от ответов за дверьми ванной.