Книга Запретные игры, страница 75 – Наталья Шагаева

Надежда

Даже не подозревала, что существуют такие клиники. Нет, я знала, что существуют платные отделения, но чтобы настолько.

Палата как гостиничный номер в пятизвёздочном отеле. Со своей ванной комнатой и ремонтом лучше, чем у нас с бабулей. Медсестры и врачи общаются со мной так, словно я им родная и горячо любимая. Все очень улыбчивые, обходительные и заботливые.

Со мной всё хорошо. Живот уже не болит, словно и не было ничего. Мало того, доктор меня уверяет, что всё в норме.

Но домой меня почему-то не отпускают. А я и не хочу. Потому что выписка будет означать не дорогу домой, к бабуле, а назад, в клетку к Литвину.

И я даже не могу его обвинить ни в чем. Не могу потребовать отпустить. Ибо моя свобода несёт еще большую опасность.

У меня снова нет выбора и выхода. А я так устала от этой безысходности.

Мне приносят обед, кормят здесь, тоже как в ресторане. Даже лучше. Аппетита совсем нет. Ковыряю вилкой в салате. На подоконнике стоит целая корзина разных фруктов. Это от Олега. Люблю фрукты, но сейчас мне их не хочется. Я пустая. Зла ни на кого не держу, но и любви тоже ни к кому не испытываю. Я ничего не чувствую и ничего не хочу.

Безысходность дает такой спецэффект. И винить, наверное, нужно только себя. За то, что когда-то сделала неправильный выбор.

— Да, — разрешаю войти, когда в палату стучат.

Входит мой лечащий врач.

— Почему не кушаем, Наденька? — кивает на мою тарелку. — Не вкусно? Хотите что-нибудь другого?

— Вкусно. Просто не хочу.

— Зачем вы тут мне настроение по больнице портите? — усмехается. — Мои пациенты должны быть бодры и веселы. Иначе какой из меня врач.

Улыбаюсь ему через силу.

— Не будете кушать – назначу курс витаминов, а они болючие.

— Я поем фруктов.

— Тоже хорошо. Итак, как покушаете, жду вас в смотровой, а потом сдадим еще кровь.

— Зачем? Вы же сказали, со мной всё нормально.

— С вами не нормально. С вами все отлично. Мы проводим обследование. Раз уж вы пожаловали к нам в гости, нужно все проверить. Лишним не будет.

— Хорошо, — киваю.

Пусть делают, что хотят.

Литвина у меня не было. Палата заставлена цветами от него.

Красивые. Все букеты очень красивые и свежие, как будто только что сорвали. Мне никто и никогда не дарил столько цветов. Но красивые только цветы…

А жизнь моя – не очень.

Наверное, Олег прав, надо как-то подстраиваться и привыкать к реальности. Прекратить ждать от жизни ярких красок. Их нет.

Беру из корзины сочную, спелую грушу. Ем ее, набирая бабулю.

Разговариваю с бабушкой, делая вид, что у меня все хорошо. Если она узнает хоть долю того, что со мной происходит, ее хватит удар.

Бабуля жалуется на плохое самочувствие. Ей поменяли таблетки от давления, но они не подходят. Обещаю навестить ее на днях и ухожу на осмотр к доктору. Всегда боялась гинекологов. Особенно мужчин. Меня жутко пугало это страшное кресло. Сейчас плевать. Хуже не будет. Нечего бояться.

Литвин появляется на следующий день к обеду. Неожиданно.

Выхожу из ванной и натыкаюсь на него, сидящего в кресле. Нет, я не паникую, его появление неизбежно. Я была к этому готова. Потому что сейчас он хозяин моей судьбы. Эта больница, палата и даже тапочки на мне оплачены им. В голове проскальзывает мысль: бежать. Вот так развернуться, выйти из этой клиники и идти в полицию. Пусть меня посадят, и все закончится. Тогда ни один мужчина не будет распоряжаться моей судьбой. Только я трусиха. Мне до холодного пота страшно оказаться в тюрьме. А ещё страшно за бабулю. Если она узнает, за что меня посадили, то она не выдержит.