Книга Что скрывает Диана, страница 51 – Ася Лавринович

За окном продолжал шуметь проспект. Я с тоской провожала взглядом прохожих и проносящиеся мимо машины. А когда включила телефон, обнаружила несколько пропущенных от мамы.

— Что стряслось? – спросила я.

— Ты где?! – Голос мамы показался мне непривычно истеричным. – Не могу до тебя дозвониться!

— Телефон разрядился, – соврала я. – Нашла, где можно подзарядить. Я в кафешке рядом с домом. А что такое-то? Меня не было в сети минут двадцать!

— Пожалуйста, приходи скорее домой! – взмолилась мама.

У меня внутри все похолодело.

— Это не телефонный разговор, – быстро проговорила мама и положила трубку.

Схватив коробку с оставшимися пирожными, я выскочила на освещенную фонарями улицу.

Мама с порога заявила:

— Настя, ты должна уехать! Сейчас же!

— Уехать?! Куда и зачем?

Я даже разуться не успела. Мама, ничего не объясняя, скрылась в комнате. А я быстро сбросила кроссовки и побежала за ней.

— Это из-за того букета, да?

Мама схватилась за виски, словно у нее разыгралась мигрень.

— Мне поступают анонимные угрозы, – наконец сообщила она.

Я замешкалась. Судя по всему, мама говорит об угрозах по телефону. Стоит ли ей рассказать о записке и порванной фотографии?

— Но если угрожают тебе, при чем здесь я? Уезжать должна ты…

— Ах, не могу! – Мама чуть не плакала. – У меня два проекта в работе! И съемка в «Миллион за откровенность»… Еще рекламные обязательства… Куда я уеду?

— А я куда? И у меня свои дела: пары, семинары… Парень, в конце концов!

Правда, при упоминании о Леоне я почувствовала разочарование и пустоту, но в качестве веского довода можно Артемьева. Вспомнить.

— У тебя появился парень? – отвлеклась от своих метаний мама. – Почему ты мне не рассказала?

— Ты в последнее время тоже не особо-то со мной делишься, – с укором произнесла я.

Мама совсем сникла.

— У тебя есть предположения, кто может тебе угрожать?

Поколебавшись мгновение, мама твердо произнесла:

— Нет, я не знаю, кто это может быть.

— А Слава?

— Слава? – Мама засмеялась и, кажется, немного покраснела. – Он здесь при чем?

Но ведь кто-то проник в квартиру! И у этого кого-то должен быть доступ к ключам. Я рассказала маме о своих опасениях. Мама слушала мой рассказ, хмурясь и не перебивая, а когда я дошла до порванной фотографии, побледнела и воскликнула:

— Завтра ты уезжаешь! Все, Настя! Без споров!

— Но, мама! – запротестовала я. – Кто меня тронет, если угрожают тебе? И как я уеду, оставив тебя одну? Нет, завтра я иду в универ, а ты – в полицию. Пишешь заявление и все рассказываешь…

— Но ведь у нас нет никаких доказательств…

— Ничего себе! А телефонные звонки? – напомнила я.

А еще кольцо и записка. Но как сказать об этом маме, я пока не знала.

— Может, обойдемся без полиции, а ты просто уедешь? – с надеждой в голосе спросила мама.

— Но почему?

Мама явно от меня что-то скрывала, как и я от нее. И все это, увы, только запутывало ситуацию.

— Договорим завтра, – вздохнула мама. – Меня снова ждет сложный рабочий день… Сегодняшний эфир на телевидении, кстати, прошел превосходно, если тебя это интересует.

— Интересует, конечно, но что делать с угрозами?

— Дочь, я постараюсь найти человека, который нам поможет.

— Частный детектив? Чем тебя не устраивает полиция?

— Настёна, ты же знаешь, как они там работают, – мягко начала мама. – Нас не воспримут всерьез. «Нет тела – нет дела». А оставлять это так просто я не могу. Хорошо, ты можешь не уезжать из города. Возможно, я слишком запаниковала. Но будь добра, после универа – сразу домой. И держи телефон всегда при себе. Я сегодня чуть с ума не сошла.