Книга Развод. Последний приказ, страница 49 – Анна Риман

— Где? — спросил он.

— Кухня.

Он прошёл внутрь спокойно, без лишних слов.

Я отступила в сторону, пропуская его, и вдруг слишком ясно почувствовала, насколько он близко. Пространство квартиры сразу стало меньше.

Он двинулся дальше, а я осталась на месте на секунду дольше, чем нужно.

С кухни всё ещё доносился шум воды.

Я шагнула следом.

Он стоял у раковины, сосредоточенно, будто ничего другого сейчас не существовало.

А я остановилась в дверях. И только здесь поймала себя на странной мысли: тревога отступила. Осталась усталость, мокрые рукава и это непривычное спокойствие.

Как будто можно не справляться одной.

Облокотилась плечом о косяк и тихо выдохнула.

— Извини, что дернула, — произнесла уже спокойнее.

Он даже не обернулся.

— Всё нормально.

Простой ответ. Без намека на раздражение.

Я кивнула, хотя он этого не видел.

И почему-то снова стало теплее — не от батареи, не от кухни, только оттого, что он здесь.

Вода еще била в раковину, когда Волков закатал рукава и наклонился к мойке.

Я стояла в дверях кухни, мокрая до локтей, растрепанная, злая на сорванный кран, на себя и весь этот день, и почему-то не могла отвести от него взгляд.

Он работал молча. Быстро. Уверенно. Словно таких ситуаций в его жизни происходило достаточно, чтобы не тратить на них лишние слова. Под мойкой что-то коротко стукнуло, металл скрипнул, вода хлестнула ещё сильнее и вдруг оборвалась.

Тишина ударила почти так же резко, как до этого шум.

Только редкие капли еще стекали в раковину и с его пальцев на пол.

Волков выпрямился.

Рубашка на груди потемнела от воды. Рукава были закатаны неровно, на запястьях блестели капли. Он провёл ладонью по мокрому металлу, проверяя, не течёт ли ещё, и только потом повернулся ко мне.

— Всё, — произнес он просто.

Слова застряли в горле. Слишком заметно было, как прилипла к плечам ткань рубашки. Как напряжены руки. Как близко он стоит в маленькой кухне, и от этого воздух вдруг стал теснее.

Глупость какая.

Я шагнула к столу, схватила полотенце и протянула ему.

— Держите.

Он взял не торопясь. Пальцы коснулись моих — всего на миг, но я почувствовала это слишком остро. Как будто не кожу задело, а что-то глубже. Внутри коротко дрогнуло и стало тише.

Волков посмотрел на меня.

Я подняла глаза — и зря.

Лучше бы не смотрела.

Потому что между нами вдруг оказалось до невозможности мало расстояния. И кухня, которая минуту назад была просто кухней, стала чем-то другим. Крохотным. Закрытым. Чрезвычайно опасным для того, что в ней повисло.

Он стоял совсем близко. Мокрый ворот рубашки. Чужое тепло. Спокойный взгляд. Никакой спешки. Никакой неловкой улыбки, которой всё можно было бы испортить.

Мне хватило одного удара сердца, чтобы понять: ещё немного — и я не отойду.

Именно это и испугало.

Я первой сделала шаг назад. Слишком резко. Будто обожглась.

— Спасибо, — протянула, глядя куда угодно, только не на него. — За кран. И вообще.

Голос прозвучал ровнее, чем было внутри.

Волков вытер руки полотенцем.

— Утром пришлю сантехника, — произнес он так, будто ничего не произошло. — Кран надо менять.

Я кивнула. Поправила рукав, который и так сидел нормально. Лишь бы занять руки.

И вдруг, сама не понимая зачем, выдохнула:

— Я замужем.

После этих слов стало так тихо, будто вода снова остановилась.