Книга Развод. Последний приказ, страница 3 – Анна Риман

Она не жаловалась. Просто делала. И слишком долго верила, что если быть надежной и удобной, это обязательно оценят.

МУЖ

Максим, 40 лет. Зарвавшийся говнюк, который перепутал терпение с глупостью, а надёжность — с обязанностью обслуживать его жизнь.

Когда-то у него были деньги и бизнес. Деньги ушли, бизнес сдулся, а апломб остался. Он привык, что за него платят, за него решают и за него терпят. Наташа тянула ипотеку, быт и его неудачи — а он считал это нормой.

Он не чувствует вины. Он раздражается, когда ему неудобно. И искренне уверен, что она никуда не денется — потому что кому она нужна, кроме него.

— И давно вы за моей спиной? — спросила я.

Голос прозвучал ровно. Не так, как внутри. Внутри всё дрожало и гудело, но наружу это не вышло.

Максим откинулся на спинку стула и сразу нахмурился. — Наташ, давай не здесь, — сказал он. — Пойдём домой, поговорим спокойно.

Дом. Я вдруг ясно увидела, что за этим словом давно уже ничего нет.

Света дернулась первой. — Ты всё неправильно поняла, — проговорила она быстро, почти с облегчением. — Мы просто встретились. Случайно. Ты же знаешь, как сейчас сложно…

Я посмотрела на неё. На то, как она держит спину. Как уверенно сидит в кресле. Платье было новое, я это знала. Она показывала его пару дней назад — говорила, что нужно выглядеть солидно, если вдруг позовут на нормальное собеседование. Тогда она долго мяла в руках телефон, а потом сказала: — Наташ, можешь выручить? Я потом отдам.

Я заплатила. Как всегда.

Стакан с соком стоял прямо передо мной. Я взяла его не сразу. Сначала подумала, что делаю глупость. Потом что уже всё равно. Рука наклонилась сама. Оранжевая жидкость пролилась на ткань, расползлась пятном по светлому резко и некрасиво.

Света вскочила. — Ты что творишь?! — закричала она. — Ты вообще нормальная?!

Максим тоже поднялся. — Ты с ума сошла? — прошипел он. — Ты истеричка.

Слово ударило привычно. Почти буднично. Так, будто он говорил это не в первый раз — просто раньше без свидетелей.

— У тебя всегда всё было лучше! — Света говорила громко, захлебываясь. — Тебя всегда любили, тебе все прощали! Ты думаешь, ты особенная?

Я равнодушно скользнула по ней взглядом и повернулась к мужу.

— Я подаю на развод, — произнесла я глухо.

Максим усмехнулся. Не зло — уверенно. — Не говори глупости, — ответил он. — Кому ты нужна со своими комплексами? Вернёшься.

В этот момент я перестала его слушать. Не потому что стало легче — дальше было уже всё равно.

— Наташ, — тихо позвала Ира, вставая рядом. Она взяла меня за руку. — Пойдём.

Я позволила себя увести. За спиной кто-то что-то говорил, официант суетился, Света продолжала кричать. Я не обернулась ни разу.

Дверь ресторана закрылась за нами слишком громко. Или мне так показалось. Холодный воздух резко ударил в лицо, будто кто-то плеснул ледяной водой. Я сделала шаг и остановилась.

— Наташ, — сказала Ира и крепче сжала мою руку. — Не спеши.

Я кивнула, хотя не была уверена, что она это видит. Шум улицы накрыл сразу: машины, голоса, кто-то смеялся неподалёку. Всё продолжало жить, будто ничего не произошло.

Меня повело в сторону, и если бы Ира не была рядом, я бы села прямо на асфальт. Она обняла меня за плечи, почти прижала к себе, и я вдруг почувствовала, что дрожу. Не от холода — изнутри.