Онлайн книга «Музыка дождя»
|
[2] «Sweet Georgia Brown» («Милая Джорджия Браун») — джазовый стандарт, написанный в 1925 году Беном Берни и Масео Пинкардом на слова Кеннета Кейси. Глава 17 «Большой концертный зал был полон зрителей. Их скрывала темнота, но Мария чувствовала, как на неё из шуршащей тишины устремлены сотни пар глаз. Влажные от волнения пальцы крепче перехватили смычок. Короткий вдох, и подбородок плавно опустился на инструмент. В воздух полетела пронзительная мелодия скрипки. Она стрелой взмывала вверх и падала вниз раненой птицей. Выписывала в пространстве немыслимые узоры, рассказывая историю любви, кристально чистой, как первые капли весеннего дождя. Музыка стихла, когда на сцене появился он. Аристократические черты лица, пепельно-белые волосы, собранные в низкий хвост, грациозная фигура, утянутая в концертный костюм. Холодные голубые глаза смотрели надменно и покровительственно. Сердце сжалось и замерло. Мария закрыла глаза, пытаясь успокоить вмиг сбившееся дыхание, но… По залу разнеслись звуки гитары. Дерзкое соло резануло по рецепторам, пробралось под одежду и своевольно прокатилось щекоткой по рёбрам, спустилось ниже, отдавая вибрацией по нервам. Веки распахнулись. Взгляд мгновенно наткнулся на знакомую ухмылку, а сердце со всего размаха ухнуло вниз, когда губы Рика оказались слишком близко…» Мария резко села на кровати. Сорочка прилипла к взмокшему телу, руки мелко дрожали, а низ живота истерично пульсировал, сигнализируя о странной реакции организма на сон. Девушка запустила пальцы в волосы и начала методично массировать кожу головы. Что это было? Ей снился Рик? И куда делся маэстро? Вчерашний вечер был полон противоречивых эмоций. Нет, Марию не качало на эмоциональных волнах, её нервная система просто пребывала в тихой истерике. В первый раз домой девушка захотела вернуться сразу же, как из него вышла. Было страшно открываться миру в таком образе. Ощущая себя слишком простой, глупой и со всех сторон самозванкой, Мария всё же заставила себя идти дальше. «Что такого? У Золушки тоже был бал под прикрытием. Потом она вполне легально продолжала драить котлы. За один вечер ничего не изменится…» — уговаривала она себя, спеша навстречу друзьям. Их реакция, конечно, не заставила себя ждать. Даже Марцио отметил, что новый образ ей идёт, и Мария успокоилась. Второй волной паники её накрыло ближе к джаз-бару. Как только в голове пронеслись тысяча и одна шуточка Рика, сразу захотелось вернуться домой, но тут на пути у трусливых планов встала Дания. Девушка сжала её локоть и процедила: «Даже не думай снова сочинять причины, чтобы слиться, дорогуша. Пока я не заарканю их пианиста, ты будешь моим Джокером». Пришлось проглотить ком страха и неуверенности и шагать на эшафот. А там был Рик, и он играл… И, боже, это было невероятно! Взгляд то и дело примагничивало к длинным пальцам, перебиравшим струны гитары, да и сама музыка... Следовало признать — джаз шёл Конти, как никому другому, а ещё, что она, кажется, снова поступилась одним из своих принципов, который показался ужасно, непростительно нелепым. «Тебя спасти?» Рик смотрел на неё так, что перехватывало дыхание. Этот взгляд нельзя было описать одним словом. Оценивающий? Возможно… Заинтересованный? Пожалуй… Обещающий? Но что? |