Книга В горе и в радости, страница 22 – Юлия Резник

— Я вам позвоню, чтобы обсудить детали, — обещает Савельев, помахав в воздухе зажатой между пальцами визиткой. Я, конечно, киваю, вежливо улыбаясь. Хотя и понимаю, что, скорее всего, дальше мы будем общаться с какими-то исполнителями. Только в салоне машины улыбка сходит с моего лица. Голова падает на подголовник. Фух.

— Обалдеть, — радуется Ольга Сергеевна, включая фары. — Это надо отметить.

— Мы только из ресторана, — хмыкаю я.

— Точно! Но ты же слышала, что он сказал?! Боже, Женька! Мы можем выдохнуть…

— Не поверю, пока не увижу перевод, — смеюсь я.

— Ой, да ну. Он не похож на балабола. Кстати, ты меня прости, что я его интерес отметила. Все никак не привыкну, что объявился твой муж…

— Да какой он мне муж, господи! Так… Одно название.

— Вот как? Так, может, тебе реально к Савельеву присмотреться? Я всю его подноготную выяснила перед встречей. Никаких скелетов в шкафу. Репутация чи-и-истая, как слеза ангела.

— Боюсь, в наши времена как раз это и подозрительно, — смеюсь я.

— Может быть. Я еще у знакомых поспрашиваю. А ты подумай, Жень. Может, и впрямь что получится.

Женя

Встреча со спонсором и ее обнадеживающий итог немного отвлекают меня от мыслей о Кахиани. Но по дороге в офис они начинают просачиваться в мой мозг и к моменту возвращения занимают собой меня всю.

Ольга идет к себе, я — к себе. Щелкаю выключателем и, не веря своим глазам, ахаю. Потому что этот козел восседает на моем кресле, как гребаный король.

— Ну, наконец-то, — тянет он. — Я уже заждался. Как встреча?

— Нормально, — цежу сквозь стиснутые зубы. — Какого черта ты здесь делаешь?

— Жду тебя, — как ни в чем не бывало, пожимает плечами Леван.

Я прикрываю глаза, мысленно проговаривая: «Спокойствие, Женя, только спокойствие». Но довольная рожа этого козла так и просит, чтобы я… Нет-нет, даже думать об этом опасно!

— Зачем?

— Затем, что нам нужно как можно скорее забрать дочь из сада. Почему до тебя не могут дозвониться воспитатели?

Широко распахнув глаза, с ужасом лезу в сумочку.

— У меня была встреча со спонсором. Боже, я, наверное, забыла включить звук… — Три неотвеченных вызова от воспитательницы заставляют меня запаниковать. Леван это замечает.

— Да ты не волнуйся. Ничего страшного не произошло. Просто в садике карантин.

— Откуда ты знаешь? — бросаю я, перезванивая воспитательнице.

— Мне позвонили, когда не смогли дозвониться до тебя.

— У них нет твоего номера.

— Есть.

— Откуда?

— От Нины, наверное.

Откуда он взялся у Нины, я даже знать не хочу! Смерив муженька полным ненависти взглядом, активно включаюсь в разговор с наконец взявшей трубку Надеждой Юрьевной. Убедившись, что Леван донес до меня верную информацию, резко меняю курс и, так и не присев, выхожу прочь из кабинета. Кахиани устремляется за мной. Идем с ним, считай, нога в ногу. Его плечо вскользь касается моего, но я так наэлектризована, что подскакиваю, будто меня шибануло током. Леван отвечает мне пиратской белозубой улыбочкой. Интересно, он вообще понимает, как рискует? Я же просто в шаге от того, чтобы как следует ему врезать! За что? О, у меня масса поводов!

— Чего ты бесишься? — спрашивает муженек, будто искренне не понимает, что могло вывести меня из равновесия. — Я же просто помог.

— Чем? — уточняю, подходя к машине. — Тем, что растрепал всем, что мы женаты?! Ты хоть представляешь, в каком я окажусь положении, когда ты опять свалишь?! — завожусь, открывая дверь машины. — Впрочем, что я? Ты бы хоть о Нине подумал! Ни черта в тебе нет святого!