Книга После брака. Не предают любя, страница 50 – Анна Томченко

— А ну иди сюда. Иди сюда. – Он потянул меня за щиколотку и, запрокинув ногу себе на плечо, повёл губами вниз. – Когда ты ласковая – мне это нравится больше. Я как будто бы дикарку приручил.

Я упёрлась ногой ему в грудь, не давая приблизиться.

— Вот видишь. И опять приходится приручать. Хитрая, хитрая Лисица. – Произнёс, сузив глаза Арс, и снова перехватил меня за ногу и наклонился резко. – Как хорошо, что ты сняла кольцо. Иначе бы я никогда, никогда не узнал, какая ты. – Тихо шепнул Арс, заставляя меня прикрыть глаза.

А когда его губы коснулись моей шеи, тело выгнуло дугой. Я тяжело задышала. Я поняла, что какие бы слова он мне не говорил – мужчинам верить нельзя.

А через три дня и три ночи, рано утром, с маленьким чемоданом, который привезли из моей гостиницы, я вышла из его квартиры, оставив короткую записку о том, что он мне должен.

И должен очень много.

Глава 26.

Когда я вышла из аэропорта Черногории, мобильник просто раскалился от звонков. Если честно, он раскалился ещё в Шереметьево. Но тогда я стоически делала вид, будто бы меня это не касается. В конце концов, за прошедшее время я сделала много выводов. С Петей у меня был посредственный брак. Такой, в котором я была отражением его желаний, а не самой собой. В котором я не понимала всей прелести постели, объятий и личной жизни. В котором я испытывала стресс и казалась сама себе отвратительной.

Вторым выводом стало то, что бывший муж – любовник не так себе, но тоже посредственный, достаточно эгоистичный и тираничный. Все делалось так, как ему нравилось. И с годами я перестала отличать свои желания от его. Мне казалось, что я делаю в постели, нравится мне самой. Но по факту выяснилось, что нет, мне не нравится самой напрашиваться на ласку. Мне хочется, чтобы просто от самого факта, какая я, мужчина сходил с ума. Ленивая позиция. Наверное, эгоистичная. Но господин Ворошилов показал мне, что даже когда мне может не хотеться привлечь внимание, он все равно будет его оказывать.

Третьим выводом стало то, что мужчинам верить по определению нельзя. И поскольку я хотела слезть с одного тяжёлого наркотика посредством другого, такого же тяжёлого и выбивающего из колеи, я поняла, что надо бежать так далеко и так надолго, как это только можно. Потому что с Арсом расставание будет намного болезненнее. Потому что Арс подарил внутреннее чувство того, что я женщина сексуальная, привлекательная, манящая, и мне за это стыдиться не надо.

Как может стыдиться скульптура своей утончённости?

Как может стыдиться солнце того, что оно светит?

Именно эти мысли вложил мне в голову Арс.

Поэтому я уехала молча, тихо. Не хотела глупых прощаний. И, как подозревала, его лживых фраз о том, что мы могли бы продолжить, о том, что он очень счастлив был тому, что между нами произошло.

Для него без разницы, с кем это у него произошло. Он – циничный потребитель, пусть и умеющий потреблять вкусно, жадно, жарко.

А вот на этой мысли я тормознулась и ухмыльнулась. Потому что Пётр тоже был потребителем. Только ленивым, избалованным и достаточно требовательным.

Мобильник снова завибрировал, и номер Арса уже отпечатался у меня в голове. Но я не хотела что-либо объяснять ему.

А когда приехала домой, разложилась, пришла в себя, то, заметив неутихающий телефон, поняла, что разговаривать все-таки придётся.