Книга После брака. Не предают любя, страница 12 – Анна Томченко

У него ещё хромала буква «р», несмотря на то, что, как только он научился её более-менее выговаривать, мы играли в «тигрёнка», в «львёнка». Короче, во всех животных, которые умели рычать. Но иногда, когда он волновался, он все равно проглатывал «р». Поэтому прозвучал достаточно забавно.

Крис потянулась, обняла брата и подхватила его на руки.

— А давай мы лучше с тобой пойдём и разберём твои игрушки?

— И световые мечи. – Уточнил Максим недоверчиво.

— И световые мечи.

Я посмотрела на время и ещё раз написала Илье, во сколько его ждать. Сын сказал, что уже практически освободился и мчит к нам.

Я вздохнула, собиралась положить трубку, но хоть и снесённый из памяти телефона номер все равно отпечатался в голове.

— Да, Пётр, – произнесла, закусывая губу.

— Если ты мне прям сейчас не скажешь, какое отношение я имею к Максиму, то я приеду и правду эту с тебя буду выцеживать по капле. – Раздражённо, нервно произнёс бывший муж.

Я усмехнувшись, зло спросила:

— А если я скажу, что ты никакого отношения не имеешь к Максу, твоё внимание будет по-прежнему таким же настойчивым? А? Или как? Это своего ребёнка любить легко, пусть даже ты о нём не знал. А вот если чужого, что ты на это скажешь, Пётр?

Глава 6

— Это ты сейчас о чем? – Недовольно буркнул в трубку Пётр.

Я пожала плечами.

— А я о том, что ты так засуетился только из-за того, что есть вероятность, будто бы Макс твой ребёнок. И вот я говорю, что в этой истории нет ничего проще, чем принять своего же ребёнка. Но только, Петь, ты забываешь, что на тебе свет клином не сошёлся. Поэтому не надо мне звонить и не надо ничего вынюхивать. А самое верное, что может быть сейчас в твоём поведении, – это набрать Арса и поговорить с ним по-мужски.

— Олеся, мы так не договаривались.

— С предателями и террористами переговоры не веду.

Я положила трубку и покачала головой.

В этом и была вся проблема, что Пётр считал, будто бы его признание о любовнице, о её наличии на дне рождения нашего сына – это не предательство. Предательством было бы, если бы он скрывал от меня всё это, а так он честный, белый, благородный. И из уважения ко мне он не мог больше молчать.

Такая лицемерная сволочь, если честно, мой бывший муж, что аж до сих пор зло брало.

Но я не собиралась акцентировать внимание на бывшем и смотреть на то, как он портит мои осторожно выстроенные планы. Я в Россию приехала не для того, чтобы с ним разбираться и отвечать на его вопросы. У меня прекрасно отлаженная линейка дел имелась в наличии.

Илья залетел в квартиру и первое, что сделал, перехватил Макса, бегущего на него, и подкинул в воздух. У меня сердце сжалось до размеров микрона, глядя на то, как Максим не долетел буквально нескольких метров до потолка. А потолки у нас были ни много ни мало – шестиметровыми.

— Ах ты мой, – протянул Илюха, целуя брата в щеки.

— Ты приехал, приехал! А мама говорила, что ты обязательно со мной будешь проводить время!

— Конечно буду. С кем мне ещё проводить время? – Усмехнулся Илья и разувшись, прошёл в квартиру.

Глядя на мою окаменевшую физиономию, сын понял, что что-то не так. Выдохнув, он предложил помочь накрыть на стол, и я кивнула.

Отношения у детей с Петром были очень неоднозначные. Я не хотела уезжать в Черногорию из-за того, что Илюхе было двадцать лет, из-за того, что он оставался по факту один. Но Илья меня тогда убедил: