Книга Развод. Когда рушится мир, страница 24 – Алла Нестерова

— Света, не надо истерик. Суд решит, что лучше для Маши и Максима. Стабильный отец с хорошим доходом или мать, которая только неделю как устроилась неизвестно куда.

— Неизвестно куда? Я работаю в престижной дизайн-студии!

— Неделю, Света. Всего неделю. И что ты там получаешь? Копейки на испытательном сроке?

Я сжала телефон так крепко, что побелели костяшки пальцев.

— Это временно. Я докажу, что могу обеспечить детей.

— Посмотрим, что скажет суд. Кстати, Анна считает, что детям будет лучше в стабильной полной семье.

— Анна? — я почувствовала, как внутри поднимается волна ярости. — Та самая Анна, из-за которой ты разрушил нашу семью, теперь будет решать, что лучше для МОИХ детей?

— Наших детей, — холодно поправил он. — И да, мы планируем пожениться. Она прекрасно ладит с Машей и Максом.

— Не смей… — я задохнулась. — Не смей говорить, что эта женщина ладит с моими детьми!

— Света, ты опять истеришь. Это только подтверждает мои опасения о твоём психологическом состоянии. Может, тебе стоит обратиться к специалисту? Это тоже будет учтено судом.

Он отключился, оставив меня с телефоном в руке и бешено колотящимся сердцем. Психологическое состояние? Он довёл меня до нервного срыва, разрушил всю мою жизнь, а теперь использует мои эмоции против меня?

Я набрала маму.

— Мамочка, как дети?

— Всё хорошо, солнышко. Купаются в речке, Максим вчера щуку поймал — правда, маленькую, но гордый ходит. Маша читает запоем, еле от книжки оторвала на обед. Что у тебя? Голос какой-то…

— Приезжала опека, — я старалась говорить ровно.

— Что?! — мама ахнула. — Кирилл совсем с ума сошёл?

— Мам, не говори детям. Не хочу их пугать.

— Конечно, не скажу. Светочка, держись. Этот негодяй ещё пожалеет.

После разговора стало чуть легче. Дети в порядке, они счастливы на даче с бабушкой. Это главное.

Вечером позвонила Катя.

— Света, Коля рассказал про опеку. Это ужасно! Слушай, я сейчас напишу тебе характеристику от студии, что ты ценный сотрудник, перспективный дизайнер и всё такое. И зарплату мы тебе пересмотрим после первого проекта, обещаю.

— Катя, спасибо, но я не могу…

— Можешь и будешь. Ты талантливая, твой проект кафе — лучшее, что я видела от новичков. Так что это не благотворительность, а инвестиция в будущее студии.

На следующий день я пришла на работу с красными от бессонницы глазами. Если Кирилл хочет войны — он её получит. Но не через истерики и слёзы, а через упорную работу.

Я погрузилась в проект с головой. Дорабатывала эскизы, встречалась с заказчиком, обсуждала с подрядчиками материалы. Владелец кафе — молодой предприниматель Артём — был в восторге от моих эскизов.

— Это именно то, что я хотел! Уютно, но современно. Вы гений, Светлана!

Похвала грела душу. Я могу. Я справлюсь. Я докажу всем — и Кириллу, и суду, и самой себе — что я не просто брошенная жена, а самостоятельная женщина, способная обеспечить детей.

В четверг Марина Сергеевна позвонила с новостями.

— Получила акт проверки опеки. В целом нейтрально — отметили чистоту, порядок, наличие продуктов. Но указали на нестабильный доход и отсутствие опыта работы. Не критично, но Кирилл это обязательно использует.

— Что мне делать?

— Работать. Покажите, что вы быстро адаптируетесь, что доход растёт. Соберите положительные характеристики. И главное — покажите суду, что дети для вас на первом месте.