Книга Белоснежка. Мы под запретом, страница 61 – Слава Ленская

Есения

— Никуда ты не пойдешь! — заявил Алик. — Стэф, ну ты и придурок! Сам не видишь? Яся стесняется, а ты еще и издеваешься.

— Да ладно, я ж не хотел! — вдруг изменился в лице младший из братьев. — Ясь, ты чувствуй себя как дома. Не бойся, тебя здесь никто не обидит. В школе, кстати, тоже. Если кто-то будет доставать, только скажи. Все, удаляюсь, мешать не буду. Правда, только за водой спустился, — произнес он целую речь и в конце даже руки вверх поднял, а затем быстро улетучился из кухни.

Я была слегка удивлена, наблюдая за его поведением. Обычно Стэф не вел себя так, как ожидали от него окружающие. Он всегда поступал так, как ему заблагорассудится.

— Что это с ним? — шепнула я.

— Ничего. Взрослеет, — ухмыльнулся Алик и снова прижал меня к себе. — Рано или поздно это со всеми случается.

Но я уже не поддалась его порыву и отстранилась. Хотя Стэф и пообещал не мешать нам, все же чувство, что нас может кто-то увидеть, меня не оставляло.

— Мне правда уже пора, — пробормотала я, кивнув на окно, сквозь которое было видно, как стемнело на улице.

— Ладно, можем завтра еще позаниматься, — пробормотал Алик. — Я тебя провожу.

— Я могу сама доехать, — быстро вставила я, смущаясь.

— Я знаю, что ты у меня самостоятельная. Но хочу побыть с тобой дольше, — сообщил Алик и быстро сбегал за моим рюкзаком и вещами, оставленными в его комнате на втором этаже.

— Зачем ты так со своим братом? Я считаю, что ты был не прав. К тому же он твоя семья, а мы знакомы всего ничего, — спросила я, когда мы вышли из дома.

— Ты для меня самый важный человек сейчас. И должна это знать. Плевать, против кого мне придется пойти, чтобы защитить тебя и наши отношения, — сообщил Алик.

— Ты слишком серьезно к этому относишься, — ахнула я, уже напридумывав себе всяких глупостей о противостоянии семей.

«Тоже мне Монтекки и Капулетти», — хмыкнула я, вдруг поняв, на что походила эта ситуация.

— Я уже говорил, что между нами все серьезно. Не понимаю, почему ты удивляешься.

— Что в твоем понимании серьезно? Ты не слишком торопишь события? — уточнила я, хотя мне нравилось слышать от него подобное.

Конечно же, влюбившись в парня, я захотела получить доказательства и его взаимных чувств.

Алик промолчал, посадил меня в такси и сам сел рядом.

Разговор мы продолжили уже в подъезде. Ни одному из нас не хотелось посвящать в наши дела посторонних.

— Почему ты думаешь, что я тороплю события? — спросил он так, как будто с моей последней фразы не прошло уже целых полчаса.

— А разве нет? Мы еще подростки, у нас вся жизнь впереди, — мне казалось, что это логично. В семнадцать лет рано принимать настолько серьезные решения.

«Я даже до сих пор не определилась, кем хочу встать, что уж говорить об остальных планах на жизнь?»

— Да, вся жизнь. Но я уже точно знаю, с кем хочу ее провести.

— Почему?

— Потому что люблю тебя, глупая, — прошептал Алик.

Мы все это время разговаривали тихо, так как эхо разносило наши слова по подъезду. Но в этот самый момент оба перешли на шепот.

— И я тебя люблю, — неожиданно даже для самой себя, произнесла я.

Вот так в один день и сразу два признания. Меня его слова застали врасплох еще там на кухне. И так же, как и в тот момент, чувства захлестнули с головой нас обоих. Алик прижал меня крепко к себе и поцеловал.