Книга (Без) Права на ошибку, страница 61 – Алла Нестерова

— Я знаю, Ника. Но она… она умеет давить на жалость. А вдруг суд решит, что они должны «попробовать сохранить брак»? Я не хочу, чтобы Сергей проходил через это. Он и так настрадался из-за неё.

— Тогда поддерживай его, — сказала я твёрдо. — Будь рядом, как ты сейчас рядом со мной. Вы с ним сильные, Кать. Марина может сколько угодно плести свои интриги, но суд всё равно их разведёт, даже если придётся ждать дополнительные три месяца.

Катя улыбнулась, и её лицо немного разгладилось.

— Ты права, — сказала она, сжимая мою руку в ответ. — Мы справимся. И ты справишься, Ника. Мы все справимся.

На следующее утро Катя снова гремела посудой в кухне, напевая что-то весёлое. Я вошла, потирая глаза, и вдохнула аромат свежего травяного чая.

— Доброе утро! — Катя повернулась, держа в руках поднос с тостами и омлетом. — Сегодня без яичницы, решила разнообразить. Как спала?

— Лучше, чем вчера, — честно ответила я, садясь за стол. — Спасибо, что осталась. Опять.

— Да брось, — она махнула рукой, ставя передо мной тарелку. — Я же не могу оставить тебя одну с этими смс-ками от Саши.

Я покачала головой, чувствуя лёгкий укол вины.

— Может зря ты его заблокировала… Не знаю, Кать. Вдруг он правда хочет быть отцом? Может, ради ребёнка стоит хотя бы сохранить нормальные отношения?

Катя нахмурилась, поставив кружку с чаем так резко, что та звякнула о стол.

— Ника, не начинай. Он два года врал тебе в лицо. Думаешь, он за пару дней стал другим человеком? Это просто слова. Он знает, как на тебя давить. Не дай ему снова забраться тебе в голову и в сердце.

— Я не собираюсь прощать его, — возразила я, отрезая кусок омлета. — Но ребёнок… Он ведь тоже его. Если он хочет участвовать в его жизни, разве я могу просто взять и отрезать его?

Катя вздохнула, садясь напротив и глядя мне в глаза.

— Ты можешь. И должна, если он продолжит играть на твоих чувствах. Ника, ты сильная. Ты сама это знаешь. Если он хочет быть отцом, пусть доказывает это, помогает материально, через реальные действия, водиться с ним, даёт тебе время для отдыха, меняет памперсы, ходит гулять. А не через цветочки и смс-ки о «настоящей семье». Ты заслуживаешь большего, чем его обещания.

Я кивнула, чувствуя, как её слова дают мне силы, противостоять напору Саши. Катя всегда умела вернуть меня с небес на землю.

— Ладно, — сказала я, отпивая чай. — Озвучу ему про реальные действия, если он ещё раз встретит меня у больницы.

— Вот это моя Ника! — Катя хлопнула в ладоши, и её улыбка вернулась. — А теперь ешь, а то омлет остынет. И беги на работу, а то опоздаешь.

Я рассмеялась, и мы продолжили болтать о мелочах — о её планах на день, о том, как Аня подарила мне очередной рисунок, о том, как назовём малыша.

Прием в больнице, шёл своим чередом. Плановые осмотры, назначения, я не заметила, как быстро пролетело время.

В обеденный перерыв мне позвонил Роман Игоревич, его голос, как всегда, был спокойным и твёрдым, но с ноткой тепла.

— Вероника, здравствуй. Не отвлекаю? Зайди ко мне. Хочу поговорить с тобой, узнать, как ты себя чувствуешь.

— Хорошо, Роман Игоревич. Сейчас зайду.

Я сидела в кабинете Романа Игоревича, чувствуя, как его слова о завещании всё ещё отзываются в груди каким-то странным теплом и одновременно тревогой. Его взгляд, твёрдый, но полный искренней заботы, внушал уверенность, которой мне так не хватало в последние дни.