Книга Выход в клетку, страница 66 – Лана Фрейтаг

Сначала надо было отнять ключ у того, кто считал себя хозяином замка.

На лужайке у главной резиденции стояли белые шатры, низкие столы с маленькими льняными салфетками, стойка с лимонадом, мини-хоккейная площадка с мягкими бортами, гора подарков в золотой упаковке и два огромных воздушных шара в форме цифры четыре. Между пальмами натянули гирлянды, рядом с бассейном поставили деревянную сцену для аниматоров, а у края сада дежурили трое мужчин из охраны, которые пытались выглядеть частью сервиса и не получалось.

Дети носились по траве с пластиковыми клюшками, визжали, падали, смеялись, хватали капкейки с белым кремом и тут же пачкали дорогие рубашки. Родители фотографировали их так старательно, будто не детский день рождения снимали, а первые шаги будущей династии.

Ника стояла у края веранды с бокалом воды и чувствовала себя человеком, которого вытащили из самолета, быстро переодели и сразу поставили в чужой спектакль без репетиции.

После аэропорта она успела только принять душ, сменить одежду и освежить макияж. Денис почти не говорил. Не спросил, как прошла поездка. Не спросил, устала ли она. Не спросил ничего, что нормальный муж спросил бы у жены после дороги.

Ника тогда посмотрела на него через зеркало.

Денис стоял за ее спиной в темном костюме без галстука. За последние сутки он как будто стал еще холоднее. Ника видела мужчин в ревности, в злости, после унижения. Денис не был похож ни на одного из них.

Он был похож на человека, который что-то решил.

Сейчас он стоял внизу, рядом с отцом, и держался безупречно. Чуть в стороне, не конкурируя в лоб, но достаточно близко, чтобы всем было ясно: старший сын Харпера здесь не гость. Он был частью центра силы.

Джон сидел в плетеном кресле под тенью шатра. На нем была светлая рубашка, темные очки и легкий льняной пиджак, будто болезнь была не диагнозом, а просто поводом одеваться мягче. Он выглядел хуже, чем на острове. Лицо осунулось, кожа стала тоньше, пальцы на подлокотнике чуть подрагивали. Но даже так в нем оставалось главное: привычка занимать пространство без усилия.

Рядом с ним крутились сыновья Тины.

Два одинаковых мальчика в белых шортах и маленьких хоккейных джерси с фамилией Harper на спине. Одному только что поправили защитный шлем для смешной фотографии с клюшкой, второй пытался забраться к отцу на колени, и Джон позволил. Не сразу, не с умилением, но позволил. Один из гостей тихо сказал что-то про будущих чемпионов, кто-то засмеялся, Тина улыбнулась слишком широко.

Это был не праздник. Это была витрина.

Джон показывал всем, что у него есть не только старший взрослый сын, который слишком долго ждал власти. У него есть новая жена, маленькие наследники, здоровье еще достаточно крепкое для публичного выхода и круг людей, которым стоит запомнить: игра не закончилась.

Денис тоже это понимал.

Ника видела по его лицу. По тому, как он смотрел на мальчиков. Как на переменную в уравнении, которое отец поставил перед ним слишком давно.

— Вы только прилетели? — спросила женщина рядом.

Ника повернула голову.

Перед ней стояла высокая блондинка в льняном платье. На руках у нее был мальчик лет трех, шоколадная крошка размазалась у него по подбородку. Женщина выглядела как типичная мать из очень дорогой среды: идеальная кожа, легкий загар, украшения без логотипов, голос спокойный до усталости.