Книга Индиго, страница 170 – Келси Кингсли

В мгновение ока его гнев сменился отчаянием. Он сморщил лоб, прижал ладонь ко рту, не отрывая от меня взгляда и медленно качая головой.

Я часами чувствовал себя паршиво и корил себя. После того как лежал с Кейт, пока она не уснула, после того как убедился в её прощении, я думал, что преодолел чувство вины. Но теперь, под таким взглядом Сола, я не мог не напомнить себе, что всё это случилось потому, что я ушёл.

И всё же...

Вместе с раскаянием пришло что-то ещё. Что-то, очень похожее на то, что читалось в его влажных глазах.

Гордость.

Сол убрал руку ото рта и с глухим стуком опустил её на стол. Глубоко вдохнул, едва заметно кивнул.

Затем прошептал:

— Спасибо, Реван. Я говорю от имени всех нас. Венди, других девушек, себя… Говарда… — Сол протянул руку и сжал моё запястье. — Спасибо. Нанять тебя было лучшим решением в моей жизни, и я надеюсь, ты понимаешь, что я это всерьёз.

Я сглотнул, борясь с нахлынувшими мучительными эмоциями, и кивнул, не в силах вымолвить ни слова.

А затем, словно кто-то щёлкнул выключателем где-то в этой больнице, Сол откашлялся, выпрямился и убрал руку.

— Ты, должно быть, измотан, — сказал он, разглаживая складки на своей рубашке.

— Если честно, — я кашлянул, пытаясь прогнать комок эмоций из горла, — не уверен, что смог бы уснуть, даже если бы захотел.

Правда была в том, что я почти не думал о том, что случилось в доме Кейт, кроме того, что мог бы сделать иначе, чтобы предотвратить всё это. Я не позволял своему разуму возвращаться туда — туда, где Анджела безвольно оседала, а кровь сочилась из смертельной огнестрельной раны, и где Донни лежал у моих ног, его голова и лицо были изуродованы до неузнаваемости после удара ломом.

Это сделал я.

Я избил его. Лишил его жизни, отнял последний вздох и, может, мне следовало что-то к этому испытывать. Может, нормальный человек — хороший человек — испытывал бы, но я — нет.

Я просто не хотел видеть его, когда закрывал глаза.

Не хотел видеть его в своих кошмарах.

Не хотел, чтобы Анджела преследовала меня до конца моей жизни, независимо от того, была ли её смерть моей виной или нет.

Сол кивнул, его глаза затуманились от понимания.

— С тобой всё будет в порядке, парень. Возможно, на это потребуется время, но… будет. Ты и твоя девушка.

Я безрадостно фыркнул.

— Ты этого не знаешь.

— Ага, знаю, — ответил Сол твёрдо и уверенно. — Я это чувствую. С тобой всё будет хорошо.

И знаете что? Каким-то долбанным чудом… у нас получилось.

Через несколько дней после того, как мы с Нейтом спасли Кейт и её отца, её выписали из больницы — всё ещё в синяках, со швами и с ранами в тех местах, до которых ни одна медицинская бригада не могла дотянуться. Сначала она поселилась у Сола и Венди, пока мы с ней осваивались на этой странной и неизведанной территории наших отношений. Мы быстро поняли, что любить друг друга после немыслимой травмы — это часто ситуация «то жарко, то холодно», которую ни один из нас не мог толком контролировать. Но мы держались. Кейт того стоила, и, думаю, она считала, что и я тоже.

Пока Кейт жила у Сола и Венди, её отца перевели в дом престарелых, где о нём могли должным образом заботиться. Когда Кейт не была со мной или у Сола, она находилась там, с Говардом, — следила, чтобы он устроился и чувствовал себя хорошо. Он никогда не любил перемен, но к этой приспособился легко. И он часто спрашивал обо мне.