Книга Переплетённые судьбы, страница 148 – Ариана Баженова

Как хочется верить, что впереди у нас ещё много чудесных вечеров.

* * *

Несколько дней спустя по этажам нашего офисного здания стал проноситься шелест слухов, волна за волной. Дошёл он и до меня: нам собираются временно урезать зарплату. «Неужели это правда?», — накрыла меня паника от этой мысли.

Мне не хватит денег даже на квартиру… Впервые в жизни я почувствовала острый страх перед безысходностью, связанной с деньгами, как и все сотрудники.

«Что же делать? Надеюсь, это просто слухи», — дрожала я, чувствуя подступающую панику и готовясь распрощаться с тем уровнем жизни, что имею сейчас.

Но, как ни парадоксально, корень страха находился в другом месте. «Если это правда, то мне придётся уехать с Васильевского острова снова на окраину. В этом случае, Лео перестанет ко мне столь часто наведываться, и мы перестанем видеться». Я склонила голову в горестном размышлении. Бесполезно было себя успокаивать аргументами: «Если ты и эти отношения ценны для него, он найдёт способ видеться». Я видела будущее и знала, что моё близкое проживание было для него лишь вопросом удобства, и после моего переезда наши встречи сойдут на нет, сведутся до перекуров у проходной. Это испытание наши отношения могут не выдержать.

Мне отчаянно не хотелось смотреть в глаза правде, поэтому я до последнего держалась за иллюзии и отдавала половину зарплаты на съём квартиры поближе к его дому.

В один из дней я сидела на работе, как всегда, по уши погруженная в рутину. В кабинет вошла начальница, вернувшись с очередного совещания по рекламной стратегии, села за стол и принялась кому-то звонить.

— Поговорила с ней, она очень недовольна, что у нас всем урезают зарплату с первого июня, — тихо проговорила она в трубку.

Я навострила уши, оторвала взгляд от ноутбука и перевела на неё, молчаливым изгибом брови выражая недоумение.

— У нас что, у всех урезают зарплаты через неделю? — выпалила я, уже заранее зная ответ.

— Да, — кратко произнесла она, задумчиво глядя в пол.

Вот оно! Меня пробила дрожь. Пока многие легкомысленно отмахивались от слухов, я уже предвидела, что они станут правдой. Я передёрнула плечами. Мне негде жить. И многие сотрудники тоже оказались в безвыходной ситуации — их поставили перед фактом, что теперь доход сократится, а ведь многие и так впритык планировали траты на кредиты.

«Это странно! Ведь если бы у нашей айти-корпорации был настоящий кризис, то страдали бы в доходах все, и у Евы Швайн не было бы денег на нового коня — дорого спортивного скакуна, которым она хвасталась неделю назад в соцсетях!» — промелькнула мысль, но я тут же отогнала её. Я ведь не знаю всей ситуации — не буду судить.

Следующие пару дней я безрезультатно пыталась сосредоточиться на работе и побороть поглощающую панику. Но все мои мысли снова и снова возвращались к тому, что скоро моя жизнь будет надломана, и до конца оттягивала решение с тем, как жить на урезанную зарплату. Начальница проверила составленный мной отчёт и повернулась ко мне:

— Всё хорошо. Но, знаешь, давай дополним аналитику рынка прогнозом на следующий год, и предоставим возможные пути оптимизации рекламной кампании в СМИ.

Вдруг что-то внутри оборвалось. Я почувствовала, что это была последняя капля, переполнившая чашу терпения.