Книга Переплетённые судьбы, страница 118 – Ариана Баженова

И поёжилась, будто услышав ответ: «Десять дней, и желание сбудется».

Сегодня третье мая. Как скоро! Правда ли это? Неужели мои страдания закончатся так быстро и легко? Я убрала телефон и задумчиво уставилась немигающим взглядом на полотно залива. Прикрыла глаза.

Первый поцелуй, полный нежности, от которого мой мир перевернулся. Постоянное ощущение близости и его присутствия, несмотря на то что он далеко. Что же дальше?

С лёгким сердцем я продолжила путь. Мы обошли все достопримечательности Выборга и отправились обратно в Петербург.

— Как же хорошо жить в большом городе! — в шутку воскликнула подруга, вытирая стекла очков после выборгской пыли. — Цивилизация.

На следующее утро я захотела бесцельно побродить по Петроградскому острову, наслаждаясь его красотой и приятными воспоминаниями. Надела кожаную юбку, лакированные черные сапоги на каблуках и сделала фото в зеркале. Отправила Лео и отключила телефон, чтобы никто не беспокоил, и я могла бы полностью отдохнуть. Затем накинула длинное песочное пальто, прикрыла шею тяжелым бежевым шарфом, положила в сумочку томик Фридриха Ницше и отправилась в путь.

Пожалуй, кроме Васильевского острова ещё одним приятным местом в Петербурге была Петроградка. Отсюда начинался город, и по сей день здесь дышалось легкостью и надеждой — именно эти чувства вызывали просторные зелёные парки, островки спокойствия среди шумного города. Я сошла с магистральных проспектов и свернула в лабиринт узких переулков с песочными стенами, украшенными рюшами лепнины. Забрела в маленькую уютную кофейню, заказала себе капучино и песочную тарталетку с кремом и черникой, раскрыла книгу Ницше и погрузилась в чтение близкого мне по духу философа.

Иногда мне, подобному ему, хотелось остановиться в этом безумном беге жизни и воскликнуть: «Человеческое, слишком человеческое!» Я очень тонко ощущала мир, людей, их отношение и поступки, видела наперед развитие каждой ситуации, и меня отталкивала и изматывала грубость, вульгарность и приземлённость, с которой я сталкивалась изо дня в день. И тем ценнее для меня было общество Лео, тем более, комфортно мне было возвращаться к нему — будто домой.

Ещё со школьных времён в душу запало высказывание Ницше, в истинности которого ни разу не появилось повода усомниться: «Вступая в брак, следует спросить себя: думаешь ли ты, что до конца жизни сможешь говорить с этою женщиной по душам? Всё иное в браке преходяще — ведь большая часть общей жизни приходится на разговоры»^[6].

«Не обращай внимания на тех, кто тебе завидует и пытается задеть. Всё, что нас не убивает, делает сильнее. Фридрих, снимаю шляпу!», — пронеслись в памяти слова Лео, сказанные им в один из дней на сессии, когда я вернулась домой, обессиленная мелким конфликтом с одногруппником. Приятные, волнующие сердце воспоминания не дали мне сосредоточиться на рассуждениях Ницше о природе и истоках морали, и я отложила книгу, открыв мессенджер.

— Кожаная юбочка — огонь! — ответил он на моё фото. — А я вот всё сижу, делаю лекции для студентов. Что-то я запутался в материале, мне, наверное, надо будет попросить, чтобы в университете дали побольше часов на занятия.

Лео на выходных решил заняться написанием лекций для новосибирского технического университета, где преподавал от компании основы разработки программного кода. Со мной тоже недавно связались из новосибирского государственного университета, моей альма-матер, и попросили в следующем году преподавать курс по психологии. У нас с Лео появилась общая почва для разговоров — страсть к передаче знаний и новосибирские студенты. Мы были готовы часами добровольно копаться в составлении лекций и разъяснять всё юным горящим глазам.