Книга Укрощение мистера Уокера, страница 15 – Роза Лукас

Мне удается держаться подальше от них целый час, спрятавшись среди инвестиционных банкиров.

К большой радости наших новых знакомых, мы с Кэт пробуем самые экзотические коктейли.

Среди них коктейль «Злой бекон» с водкой, настоянной на беконе, «Тыква по-старому» с бурбоном, настоянным на пряной и подслащенной тыкве, а также откровенно отвратительный «Кровавый тампон» с виски, текилой, водкой и томатным соком для имитации менструального цикла.

Все это вообще нельзя добавлять в коктейль, но именно за это здесь и берут вдвое дороже, и, черт, за все платит Тристан. Девушка должна знать, когда сохранять достоинство, а когда расслабиться, но я точно не собираюсь платить двадцать два фунта за бурбон с тыквой, пока моя мать маячит где-то поблизости.

Тристан был прав: у него действительно много друзей-извращенцев. Банкиры не в моем вкусе, но они хорошо исполняют роль ухажеров, вселяя во мне уверенность после пассивно-агрессивного тона Джен.

— Чарли, ты будешь петь, – сообщает мама, появляясь откуда-то сзади. – Извините меня, мальчики!

Я оборачиваюсь и вижу, как она локтями прокладывает себе путь среди банкиров. Лицо у нее красное, явно выпила слишком много шерри.

И что, теперь моя собственная мать мешает мне устраивать личную жизнь?

Тристан идет за ней с озорным выражением лица.

— Что? Нет! – Я открываю рот от удивления. – Сейчас не время и не место для старомодной музыки. Господи, да мы же в Кенсингтоне!

— Это традиция, Чарли, – улыбается Тристан. – Я позаботился о том, чтобы здесь была гитара.

— Тристан! – воплю я. – Зачем ты это со мной делаешь? Это же даже не проклятые похороны!

— Следи за языком, Чарли! – Мама укоризненно цыкает. – Прекрати. У тебя прекрасный голос. Это единственная причина, по которой я прихожу на эти сборища.

— Ты приходишь сюда из-за бесплатных шерри, – прищуриваюсь я. – Тристан, пожалуйста! – Я смотрю на брата с надеждой, сложив руки как для молитвы. – Если ты хоть немного меня любишь, ты этого не допустишь!

Он пожимает плечами, словно ничего не может поделать. Как будто не он привез сюда гитару.

Я хлопаю его по груди.

— Эй! – Тристан потирает место удара. – Мне, вообще-то, нравится, как ты поешь. К тому же я бы не пережил мамино нытье, если бы не твое выступление.

Тристану легко говорить. Я не уверена, что остальные гости обрадуются моему номеру. Может статься, на его сорок первый день рождения вообще никто не придет.

Я поднимаю взгляд на сцену в баре и вздрагиваю. Она создана для соула, джаза или бурлеска, но никак не для музыки, напоминающей ирландскую «фиддли-ди» сессию.

— Петь на похоронах тетушки Мо – это одно. С этим я могу справиться. Но исполнять ирландские каверы в элитном закрытом клубе – совсем другое! – Я закатываю глаза к потолку и издаю тихий стон. – О боже, почему это происходит со мной?

— Ну, не драматизируй, – улыбается Тристан. – В общем, группа тебя уже ждет.

— Чарли? – зовет мама.

— Что? – Я поворачиваюсь посмотреть на нее. – Ладно, черт побери. Спою одну песню!

Она растягивает губы в тоненькую линию.

— Может быть, наденешь лифчик перед тем, как выйти на сцену?

Черт.

Я громко рычу и уношу ноги, буквально наталкиваясь на Дэнни Уокера. На его лице мелькает искорка веселья, когда он отходит в сторону.

— Удачи, – произносит он своим фирменным сухим тоном.