Онлайн книга «После развода. Вернусь любой ценой»
|
Глава 14 Марина. Я слишком люблю жизнь, чтобы унывать… И я уже давно не юная козочка, убиваться из-за равнодушия другого человека не стану… Ну, ладно чужой… А Илья… Он был самым близким… Тем, кого я не стеснялась. Вообще, понимаете? Я знала, что его отношение не поменяется, если он увидит меня без макияжа… И распухший от простуды нос его не испугает, и проступившие седые волосы… Сиплый голос после сна, запах изо рта по утрам… Господи, да что угодно… Мы принимали друг друга без купюр. Выходит, я ошибалась? Сижу на диване, обнимая его подушку… Пахнет еще им, его парфюмом… И его, родным запахом… Долго согреваюсь под горячим душем, кое-как сушу волосы… Я переживу это… Вряд ли в моей жизни сразу появится другой человек, тот, кому я смогу так же доверять — слепо и без оглядки… Но я попробую жить счастливо. Ради сына и мамы постараюсь… Ради малыша под сердцем… Выбора-то все равно нет… — Мам, я пришел, — кричит Макс, громко хлопая дверью. — Ой, как вкусно пахнет. Покормишь? Сын походит на ураган… Высоченный, шумный… Знаю, что ради его внимания девчонки будут разбивать сердца… — Проходи, родной… На экране мелькают финальные титры «Сладкого ноября». Сглатываю ком в горле, делая вид, что собираюсь всплакнуть из-за фильма… — Мам, ты заболела? Какая-то… Красная, глаза у тебя… — прищуривается Макс. — Какие, сынок? — Лишенные цвета. Тусклые… Это из-за фильма? — Тебе бы книги писать, — ерошу его волосы. — Мой руки и садись. Я плов сварила и шарлотку с грушей испекла. — Мам, а папа когда приедет? Господи… Как ему сказать, что его привычная, размеренная и спокойная жизнь разрушилась? И тот, кого он всегда считал примером, перестал им быть? Причем добровольно. — Завтра или послезавтра, родной. Ты ему пока не звони, у папы важные переговоры. Он приедет и… Сходите куда-нибудь… Макс торопливо ест, а я бреду в спальню, застывая перед распахнутыми створками шкафа… Илья так торопился, что не удосужился их закрыть. Здесь все им дышит, каждый гвоздик и трещина… И запах его повсюду — на подушке, в шкафу… Сдираю постельное белье, сую его в стиралку… Если бы можно было так же выгнать воспоминания из сердца… Сплю я плохо… Ворочаюсь, то и дело вспоминая, что рядом нет большого, горячего как печка тела… Теперь он согревает другую, оказавшуюся ему ближе, девушку… Так бывает… Виновата ли в этом я? Не знаю… Разве я смогла бы повлиять на чувства мужа? Вряд ли он их искал… Крашусь особенно тщательно. Внутри все… сухо, выжжено… Не чувствую ни-че-го… Роботом себя ощущаю… Бесчувственной машиной, вынужденной жить… Что-то есть и пить, не ощущая вкуса, во что-то одеваться… Макс отправляется в школу, а я сажусь за руль и еду в лабораторию. Клара Игоревна вызывает меня тотчас… — Проходите, Марина Федоровна, присаживайтесь. Вы в курсе, что совершали дисциплинарное нарушение? Архипова — не наша пациентка, она… — В курсе. Давайте покончим со всем этим и… Я готова написать заявление по собственному, вы же его подпишете? В ее крохотном кабинете бардак и пахнет старостью… Нафталином, корвалолом, чем-то протухшим… Господи, а я ведь так хотела стать заведующей этой богадельни! А теперь у меня будет шикарный кабинет в новенькой клинике. И я буду оперировать. И зарабатывать куда больше, чем крохотная зарплата в «госке» (государственная больница. Примечание автора). |