Книга Развод. Я тоже от тебя устала, страница 7 – Соня Вишнякова

— А твой Эдичка, он уже даже не прикрываясь от тебя гуляет!

— Да с чего ты взяла?

— С чего взяла… с того… видели добрые люди, рассказали!

— Мам, одно дело, когда мужчина тихонько погуливает, и другое, когда он заводит постоянную любовницу.

— То есть то, что он постоянно погуливает, тебя уже вообще не смущает?

— Мам, давай о чём-нибудь другом поговорим? Я не могу всё время, когда к тебе приезжаю, разговаривать об Эдике.

— Давай поговорим, — мама обиженно откусила печенье. — Что там сын твой? Звоню ему, он вечно занят.

— Собирался на днях приехать, с девушкой познакомить.

— Да, были у меня недавно. На вид хорошая девочка, спокойная. Вот сыну твоему такая спокойная и нужна — прямо как ты. Сначала поживут в любви… спокойно, а потом он, загуляет, как твой муж. Так и будет, — отпивает глоток чая.

Мама моя обычно не церемонится и не таится, говорит что думает.

— Мам, ну ты уже прямо на годы вперёд видишь!

— Конечно вижу! Он весь в твоего Эдика — характер точно такой же.

— Разве это плохо?

— Не плохо, но если он с женщинами точно так же будет поступать, это совсем нехорошо.

— Ну вот, опять ты про Эдика! Расскажи лучше, что там у тебя с анализами, а то всё время этой темы избегаешь!

— Ой, Тома, про анализы лучше не спрашивай! Если все их вот так вот сложить и посмотреть, это значит — я уже умерла.

— Мам, ты шутница! — смеюсь.

— Ну а что? Получается, по всем анализам я уже не должна эту землю топтать. Верить им вообще нельзя, так же как твоему мужу!

— Ну хорошо, ладно, пойду я. Мне ещё надо продуктами закупиться на следующую неделю. Хочу заехать в супермаркет.

— Ты смотри, осторожно там за рулём езди — столько сумасшедших сейчас на дорогах.

— Я очень стараюсь, мама, очень стараюсь.

С мамой попрощалась, вышла на улицу, уже вечереет.

Подхожу к своей машине, "пикаю" сигнализацию, сажусь за руль.

Несколько секунд смотрю сквозь лобовое стекло. Все вокруг словно специально постоянно твердят о моём муже, о моей жизни. Не оставляют меня в покое. Будто видят то, чего не вижу я и — предупреждают об опасности, которую я в упор не замечаю. Они тыкают меня носом как нашкодившего котёнка, указывают, что я делаю неверно.

И никому из них невдомёк, что я не хочу ничего менять. Я боюсь что-то менять. Боюсь остаться совершенно одна — как моя мама сейчас. Я не хочу вот такой одинокой старости, но чувствую, она у меня будет.

Выезжаю за ворота двора, не успеваю повернуть направо… удар… хлопок — о лобовое стекло что-то бьётся.

— Господи! — в шоке смотрю на распластавшуюся на капоте тёмную фигуру мужчины. Несколько секунд он лежит, а потом начинает сползать.

Открываю дверь, выскакиваю из машины, вижу человека, лежащего у колеса моей машины.

— Боже мой! Вы живы? — кинулась к мужчине, коснулась его лица, потрогала голову, потянулась к вороту его куртки, чтобы расстегнуть дать воздуха.

— Тихо вы, чего накинулись? — схватил мою ладонь и сжал своей большой тёплой ладонью. — Охренеть, сходил в супермаркет… раз за десять лет. Ох… староват я для таких полётов…

— Пожалуйста, пожалуйста, скажите, что с вами всё в порядке! — в беспокойстве снова тянусь к его лицу, его насмешливый взгляд останавливает движение моей руки.

— Да какой там — в порядке, дамочка, вы что, не видите? — он поворачивается показывая мне слегка облысевшую макушку.