Книга Собиратели душ, страница 94 – Наталья Тимошенко

Ирония лишь в том, что к демонам обращаются те, кто вроде и не нуждается особо. У кого есть и деньги, и власть. Но они хотят еще больше. Тем, кто беден, кто выживает, как может, в голову не приходит искать помощи у потусторонних сил. Надеются только на себя.

Все мониторы теперь показывали серо-белое изображение, и Алису начало медленно клонить в сон. Чтобы не уснуть, она вытащила телефон, негромко включила музыку. В квартире Алексиных ничего не происходило, и Алиса могла бы, например, что-то почитать, но она боялась увлечься и пропустить важное, поэтому неотрывно смотрела на экраны, продолжая размышлять о жизни.

До полуночи оставалось еще около пятнадцати минут, когда на кухне появился Леон. Алиса, увлеченная собственными мыслями, не увидела его приближения и вздрогнула от неожиданности, когда наконец заметила. Он не походил на только что проснувшегося человека, и она догадалась, что Леон и вовсе не спал. Если привык ложиться поздно, сложно уснуть в десять вечера.

— Как тут дела? – поинтересовался он, нажимая кнопку на чайнике.

— Все спокойно, – ответила Алиса, выключая музыку. – Анна легла около половины одиннадцатого, с тех пор никто не шевелился.

— Потусторонние силы обычно активизируются в промежутке между полуночью и тремя ночи, так что неудивительно, – пояснил Леон.

Значит, вот для чего он выбрал себе такое время дежурства.

— Я тоже выпью кофе, если вы не против, – сказала Алиса, заметив, что он вытащил из шкафа одну чашку.

Леон бросил на нее неодобрительный взгляд.

— После кофе не уснете.

— Я не хочу спать.

— Очень зря. Завтра у нас будет много работы, отдохнуть не удастся.

— Мне не привыкать, – Алиса пожала плечами. – На предыдущей работе моя подопечная частенько тусила по ночам, и я вместе с ней.

Леон бросил на нее заинтересованный взгляд, но ничего не спросил. Вытащил из шкафа еще одну чашку, залил кипятком растворимый кофе. Поставил чашки на стол, подвинул себе второй стул и сел рядом с Алисой.

— Вы работали нянькой или телохранителем? – спросил он, хотя Алиса думала, что к этой теме Леон не вернется. Едва ли ему на самом деле интересно, кем она работала. Тем не менее Алиса улыбнулась:

— Два в одном. Отец моей подопечной нанял меня всегда быть рядом с дочерью, чтобы не дать ей натворить глупостей.

— А она могла?

— А кто не может в двадцать?

Леон кивнул и неожиданно признался:

— Все могут. И я в том числе. Правда, мне было восемнадцать.

Алиса покосилась на него. Она понимала, что он имеет в виду, но не знала, может ли спрашивать. Впрочем, он первым начал, она не просила. Не захочет рассказывать – так и скажет. Рот дан людям именно для этого.

— Вы про аварию? – уточнила она.

Леон не удивился.

— Родители Влада рассказали? Он упоминал, что отправил вас к ним.

— Да. Я отвозила продукты, они и рассказали, что их сын знаком с вами с самого детства.

— Было дело, – усмехнулся Леон. – В подростковом возрасте, лет с тринадцати, наверное, мне полностью снесло башню. Я, как теперь говорят, стал совершенно неуправляем. Делал много плохих вещей. Не могу сказать, что мне теперь за них стыдно. Стыдиться их – значит, стыдиться себя, а я себя слишком люблю для этого. – Его улыбка стала на мгновение озорной. – Как минимум, я никого не убил и не ограбил. Бил – да. Но и меня тоже били. Я грубил родителям, не ночевал дома. Почти не посещал школу, мне и аттестат-то выдали только для того, чтобы избавиться поскорее. Кому охота оставлять такого ученика на второй год и дальше с ним возиться? А не ходил в школу я, потому что работал. Я был тем еще шалопаем, но принципы у меня имелись. Как и сказал: я никогда не украл ни рубля, хотя родители из-за плохого поведения карманные расходы сильно ограничивали. Все, что зарабатывал, откладывал, а затем купил мотоцикл. Самое забавное, что разбился на нем буквально через неделю после покупки. Даже погонять толком не успел. Так что вы аккуратнее на дороге.