Книга Падальщики, страница 48 – Наталья Тимошенко

— Значит, был прилежным парнем и с плохими компаниями не водился? – уточнила Алиса.

— Что вы! – замахала руками тетя Галя. – Друзья были, конечно, в деревне же все друг друга знают. Некоторые задиристые, некоторые хулиганы, но Никитка никогда ни во что не ввязывался. Знаете, я до сих пор не верю, что он мог девушку убить. Нет, там что-то другое произошло, Никитка не мог. Он хороший мальчик.

Только вот в компьютере этого хорошего мальчика полиция обнаружила много материалов сомнительного содержания. Хороший мальчик Никитка живо интересовался самыми кровавыми убийствами последних десятилетий, листал подробные книги по анатомии, которая вроде бы ни к чему будущему программисту, смотрел жестокие видео и почитывал оккультные книжки. Ничто из этого не является преступлением, но определенные представления о личности дает. Как же плохо порой даже самые любящие и заботливые родители знают своих детей!

— Полиция говорит, что Никита не был знаком с остальными тремя мальчиками, это точно? – спросила Алиса. – Может быть, вы за три недели что-то вспомнили?

— Нет, – твердо заявила тетя Галя. – Никогда Никитка не произносил их имен.

— И девушку не знаете?

Алиса на всякий случай положила на стол телефон с выведенной на экран фотографией жертвы. Тетя Галя взяла телефон в руки, еще раз посмотрела на девушку.

— Никогда ее не видела.

— А можете вспомнить тот день, когда все произошло? Ведь отсюда до места происшествия почти сто километров. Вы должны были заметить, что сын уехал и не возвращается.

— Конечно, мы заметили! Еще утром, после первого урока. Я на работу к семи прихожу, у нас первоклашки завтракают перед уроками. Все окрестные деревни к нам в школу ходят, много детей получается. Пока автобус всех соберет, первые из дома в семь выезжают. Вот к половине девятого им завтрак и готовлю. Никита приходит к девяти, как уроки начинаются. После первого урока ко мне его классная подошла, спросила, что случилось, не заболел ли? Не пришел на уроки. Я ему звоню – не отвечает. Дочерей нашла, они сказали, что Никита дома был, когда они уходили. Мужу набрала, он вырвался, заскочил домой. Телефон Никиты в комнате, сына нет. Вечером не явился, мы всех родственников, старших детей на уши поставили. Следующим утром в полицию позвонили, а там уже, к вечеру, они с новостями и пришли.

Тетя Галя все-таки не выдержала, заплакала. Алиса подала ей салфетку, терпеливо подождала, пока женщина возьмет себя в руки.

— А можно мне посмотреть комнату Никиты? – спросила она, когда та перестала всхлипывать.

Тетя Галя молча поднялась, вышла из кухни. Алиса приняла это как приглашение, последовала за ней.

— Никита здесь раньше со старшим братом жил, а как тот уехал, один, – объявила женщина, останавливаясь у одной из дверей и пропуская Алису вперед.

Комната оказалась маленькой. Односпальная кровать, шкаф, пара стеллажей и письменный стол – все, что здесь поместилось. Как тут могли жить два подростка, Алиса не представляла. Должно быть, не было стеллажей и стола или шкафа.

А еще комната была темной. Вся мебель была черного цвета, на окне – темно-бордовые шторы. Какие обои – понять невозможно, потому что все стены увешаны постерами и фотографиями. Снимки популярных рок-групп, кадры из фильмов – и вовсе не романтических комедий. Ничего кровавого и ужасного, но все же.