Книга Падальщики, страница 127 – Наталья Тимошенко

Тихо звякнула, натягиваясь, цепь. Затем послышался глухой голос:

— Уходи.

— Леон, я пришла помочь.

Алиса сделала осторожный шаг, потом еще один. Медленно, чтобы успеть среагировать в случае чего, обошла кровать. Леон лежал в неестественной позе, прижавшись лбом к полу, с завернутыми за спину руками, опутанными цепями. Было похоже, что в какой-то момент он упал с кровати и теперь не мог забраться обратно. Цепь была слишком короткой, чтобы он мог удобнее положить руки.

— Леон…

— Уходи, – сквозь зубы повторил он.

— Я не уйду. – Алиса осторожно опустилась на пол, села в некотором отдалении от него. – Позволь мне помочь.

— Ты не можешь. – Он говорил шепотом, будто даже обычные слова давались ему с трудом.

— Я попробую.

— Нет. Я не смогу остановиться.

— Сможешь, – Алиса аккуратно подползла чуть ближе, все еще оставаясь на безопасном расстоянии. – Я верю тебе.

Леон чуть повернул голову, искоса посмотрел на нее, и Алиса вздрогнула от этих залитых чернотой глаз. Никогда ей не привыкнуть…

— Ты боишься, – оскалившись, произнес Леон.

— Нет.

— Боишься. Я видел твои сны.

— Да, – призналась Алиса. – Не боятся только дураки. Настоящая смелость заключается не в том, чтобы не бояться, а в том, чтобы делать, несмотря на страх.

Леон снова отвернулся, промолчал. Алиса аккуратно подползла еще ближе.

— Пожалуйста, позволь мне попробовать. Я должна тебе.

— Твоя подруга выжила? – глухо спросил он, не шевелясь.

Алиса с трудом сглотнула ком в горле.

— Нет. Но ты сделал все, чтобы ей помочь, и я хочу сделать то же для тебя.

— Ты ничего мне не должна, уходи.

— Нет. – Алиса подползла вплотную, теперь она могла бы дотронуться до него, но пока не рисковала. – Я не уйду, ты знаешь, я упрямая.

Уголок его рта дернулся. Он промолчал, и Алиса восприняла это как согласие.

— Давай начнем с того, чтобы вернуть тебя на кровать, – как можно спокойнее предложила она. – Иначе так у тебя руки затекут.

Она коснулась его плеча, желая помочь подняться, но даже от этого прикосновения Леон дернулся всем телом. В унисон ему содрогнулись от сильного удара стены, сверху посыпалась штукатурка. Алиса отдернула руку, отскочила назад.

— Извини, – прошептала она, чувствуя, что сердце готово выпрыгнуть из груди. – Тебе больно от моих прикосновений?

Леон долго молчал, потом едва заметно мотнул головой.

— Это тьма, – наконец произнес он. – Она чувствует тебя. Рвется к тебе.

Алиса улыбнулась дрожащими губами.

— Тогда давай попробуем еще раз.

Когда она снова коснулась его, дом содрогнулся от очередного удара, но на этот раз Алиса не отступила. Помогла Леону выпрямиться, распутала цепь. Что-то огромное, страшное будто рвалось наружу, хотело разорвать сначала Леона, а затем и ее, но Алиса верила, что Леон удержит тьму внутри себя. Его запястья распухли и кровоточили, рубашка на груди оказалась разорвана, на скуле алел кровоподтек. Алиса уперлась ногами в пол, попыталась затащить его на кровать.

— Давай-ка, Леон, помоги мне, – прорычала она.

Леон, казалось, весил целую тонну, но в конце концов ей удалось поставить его на ноги и наполовину затащить на кровать, когда Леон вдруг рванул к ней, меняя расклад сил. Алиса упала на кровать сама, а он навалился сверху. Звякнули цепи, Леон прижал руки Алисы над ее головой, наклонился над ее лицом так близко, что Алиса видела лишь залитые чернотой глаза, в которых сквозило что-то настолько страшное, что она не могла дать ему определение.