Книга Падальщики, страница 117 – Наталья Тимошенко

Демон каким-то образом заставляет их делать это.

— Черт, – выдохнула Алиса, растерянно остановившись посреди комнаты Мирославы. – Я не знаю, что делать дальше. В моем видении была лишь поляна, ничего, что могло бы дать нам понять, где ее искать.

А за окном тем временем начинали сгущаться ранние зимние сумерки. Время было на исходе.

— Дай мне руку, – внезапно попросил Леон. – Я хочу заглянуть в твое видение. Может быть, увижу больше.

Алиса протянула ему руку. Знала, что для этого ему придется контактировать с тьмой, но сейчас речь шла о жизни Мирославы. Если понадобится, она потом заберет у Леона все, что он впустит в себя. Ради Мирославы она пойдет на все.

Леон осторожно взял ее за руку, закрыл глаза. Влад и Софи, стоявшие у входа в комнату, замерли, чтобы не мешать. Алиса тоже молчала, максимально сосредоточилась, пытаясь вспомнить все, что видела. Может быть, это поможет Леону.

— Это лес, да, – начал он, не открывая глаз. – Слышу гул линий электропередач. И… – Леон замолчал на несколько секунд, к чему-то прислушиваясь. – Кажется… да, определенно, это поезд. Рядом железная дорога. Еще… – Снова длительное молчание. – Нет, больше ничего.

Он отпустил руку Алисы, с сожалением покачал головой.

— Слишком мало данных. Больше не вытянуть.

— Лесов вдоль железной дороги и линий электропередач у нас слишком много, – вздохнула Софи.

— А времени слишком мало, – мрачно добавил Влад.

И вскоре его стало еще меньше: у Леона зазвонил телефон. Что-то коротко выслушав, он сбросил вызов и сказал:

— Парня нашли. Точнее, его квартиру, самого его там нет. Полиция опрашивает родственников и друзей.

Но те ничего не будут знать. Как родственники и друзья Никиты и других парней, проведших первый ритуал. Он уже уехал на поляну. Он уже готовится убить.

Алиса не могла так просто сдаться. Только не Мирослава, только не она.

— Леон, пожалуйста… – Голос сорвался. Алиса понимала, о чем просит. – Я сделаю все… Заберу потом все, только, пожалуйста…

Он не дал ей закончить.

— Мне нужна ее вещь. Что-то очень личное. То, чем она дорожит, что несет в себе ее энергию.

Алиса задумалась лишь на секунду. Метнулась к шкафу, мысленно моля всех богов о том, чтобы Мирослава после ограбления не перепрятала кулон. Ей повезло: маленькое украшение лежало все в той же шкатулке, в которой Алиса видела его много лет.

— Вот. – Она протянула украшение Леону.

Тот взял кулон, сжал в руке. Снова закрыл глаза, но за мгновение до этого Алиса успела заметить, как они наливаются чернотой. По лицу Леона пробежала мучительная судорога, пальцы сжались в кулаки.

— Идем, – почти не разжимая губ, велел Леон.

Когда он открыл глаза, те были полностью залиты черным. Если бы на кону не стояла жизнь Мирославы, Алиса испугалась бы того, что натворила своей просьбой. Но сейчас она обещала себе и – мысленно – Леону, что все исправит после. Только бы спасти Мирославу.

Все время, что они неслись по улицам вечернего города, а затем – по пустой трассе, в машине царило напряженное молчание. Лишь изредка Леон командовал, куда свернуть, а Влад послушно выполнял его указания. С каждым редким словом голос Леона звучал все напряженнее, будто говорить ему удавалось с трудом.

Закончились огни освещения, теперь фары выхватывали из темноты лишь редкие дорожные знаки, а затем, когда Леон велел свернуть в лес, не стало и их. Машина неслась между деревьев по лесной дороге, и Алиса молилась лишь о том, чтобы не застрять. Вдали послышался паровозный гудок: впереди находилась железная дорога и переезд. Но до переезда они не доехали, Леон внезапно повернул голову влево и сказал: