Книга Падальщики, страница 103 – Наталья Тимошенко

— Ничего.

Еще ближе.

— Врешь.

По пространству прошла рябь, будто помехи. Потом еще одна. Еще. Леон чувствовал, что каждая такая помеха отражается на нем, будто маленький, но очень точный удар под дых. Он не знал, делает Никита это специально или просто такая реакция на присутствие чужака, но на хозяина сна помехи будто не влияли.

— Ладно, ладно, – Леон примирительно поднял руки, стараясь тянуть время, а сам думал, как выкручиваться из этой ситуации. Пространство будто искривлялось, путая его вестибулярный аппарат. – Я ищу одного человека. Он приходит в твои сны. Черный человек. Ты рассказывал о нем матери.

— Врешь, – повторил Никита, но уже не так уверенно. – Никто в мои сны не приходит.

Помехи стали сильнее, шли почти непрерывно, и Леон чувствовал, как кружится голова. Он почти перестал видеть обстановку комнаты, с трудом удерживался на ногах. Мир вокруг закрутился в бешеную воронку, в которую Леона начало утягивать с огромной силой.

— Нет, стой! Стой! – попросил он, пытаясь схватиться за что-нибудь. – Подожди!

Он хотел ступить вперед, вырваться из воронки, и ему это почти удалось, но Никита шагнул к нему и изо всех сил толкнул. Леон машинально вцепился в его плечи, и в воронку их затянуло вместе. Бешеный вихрь крутил обоих, и единственное, на чем мог сосредоточиться Леон, это на стремлении не разжать пальцы.

— Убирайся из моего сна! – кричал Никита, пытаясь затолкнуть Леона как можно ближе к середине воронки.

— Прекрати! Постой! Нас обоих унесет туда, откуда мы уже не выберемся!

Но Никита, казалось, не слышал его. Леон чувствовал, как все ближе и ближе приближается к середине воронки. Его крутило все сильнее и сильнее, он уже почти ничего не видел и не соображал, сосредоточился лишь на том, чтобы не потерять сознание.

Яркая вспышка резанула по глазам, окончательно ослепив. Леон разжал пальцы и на мгновение все-таки отключился, а когда пришел в себя, Никиты рядом уже не было. Леон стремительно падал вниз, не видя, есть ли что-то под ним. Его крутило, переворачивало, как в сошедшей с ума центрифуге. Вокруг не было ничего, за что он мог бы зацепиться, чтобы удержаться или хотя бы замедлить падение. Его затягивало все глубже и глубже, и, когда он наконец достиг дна, удар был такой силы, что в глазах снова потемнело и сознание отключилось окончательно.

— Что-то происходит…

В голосе Антона послышалась такая явная тревога, что Алиса почувствовала, как по спине побежали мурашки. Антон всегда был хладнокровен, даже излишне, на ее взгляд, и, если уж он начал переживать, значит, что-то действительно идет не так.

Она мельком оглянулась: свет не мигал, приборы не пищали.

— С чего ты взял? – озвучил ее вопрос Влад. – Вроде ж нормально все.

— Мозговая активность замедляется, – Антон указал на один из мониторов, по которому плыли разноцветные линии. – Ему должны сниться сны, а он как будто уходит в глубокий сон.

Влад и Алиса переглянулись, затем посмотрели на Софи. Та тоже закусила нижнюю губу, подошла ближе к Леону, хотя до этого предпочитала держаться у заклеенного окна.

— Переборщил со снотворным? – спросила она.

— Доза проверенная, опробованная, – заверил Антон. – Если только Леон со своей стороны не решил добавить, не поставив меня в известность.