Книга Сноходцы, страница 4 – Наталья Тимошенко

Леон не мог не услышать, как открылась дверь, но даже не повернул голову. Алиса остановилась у входа, тоже ничего не говоря. Ей вдруг показалось, что здесь, в кресле, сидит совершенно чужой человек. Четкий профиль со строгими чертами лица, темные волосы, всклоченные, как и прежде, теперь лежали в каком-то непонятном, но правильном порядке. Длинные пальцы, сжимающие стакан, высоко поднятый подбородок, взгляд, устремленный вперед, – все это Алиса узнавала и не узнавала одновременно.

— Зачем ты пришла? – спокойно и холодно спросил Леон, хотя Алиса была уверена, что не попала в поле его зрения. Он не мог видеть, кто именно пришел. Догадался по каким-то признакам? Или знал, что она придет?

— Софи посвятила меня в детали того, какая роль мне была уготована в этом доме, – стараясь говорить так же ровно, ответила Алиса.

Наверняка он об этом уже знал. Не потому ли выгнал всех? Не потому ли пьет в одиночестве на террасе, зная, что терять контроль ему нельзя? Потому что его план провалился. И через несколько месяцев Падальщики придут за ним. На его месте Алиса тоже пила бы.

— Так зачем ты пришла? – повторил вопрос Леон.

— Сказать, что я согласна.

Он по-прежнему не отреагировал. Не повернулся к ней, даже бровью не повел.

— Ты не в себе.

— А ты в себе?! – Алиса сорвалась на крик, но тут же сжала пальцы в кулаки, впилась ногтями в ладонь, возвращая себе хладнокровие. – Ты был в себе, когда придумывал этот план? Ты был в себе, когда решил убить меня? В себе, когда целовал меня, когда… спал со мной? – Она замолчала, понимая, что теряет контроль. На место тупому безразличию приходила злость.

Леон наконец шевельнулся. Поднял руку с зажатым в ней бокалом, посмотрел на коричневую жидкость, будто проверяя, сколько еще осталось в стакане. Чуть повернул голову, посмотрел на Алису. Взгляд был равнодушным, холодным, как и тон.

— Да, – подтвердил он. – Выжить любой ценой – естественное желание любого человека. Знаешь, почему нельзя подплывать к тонущему спереди? Он утопит тебя. Даже если вы знакомы, даже если он любит тебя. Подплывешь спереди – он утопит тебя, подчиняясь одним только инстинктам, одному лишь желанию выжить. Я хотел жить. А вот с тобой что-то не так. Самоубийство, самопожертвование – не свойственно людям. Даже таким, как ты. И я хочу понять, зачем ты это делаешь.

Алиса догадалась, что он имеет в виду ее фиолетовую душу. Но ей было плевать на то, что он там думает.

— Какая тебе разница зачем? – едва сдерживаясь, прошипела она. – Я тебе не подопытная крыса, чтобы ты копался в моей голове. Хватит уже, повеселился. Ты хотел мою жизнь? Забирай, я согласна. У тебя все готово к ритуалу? Когда мы можем его провести? Сегодня? Сейчас? Забирай, что хотел, только заплати те деньги, что положены мне по контракту в случае смерти. И все будет по-честному.

Леон снова отвернулся от нее, отхлебнул из стакана, поставил его на колено, придерживая рукой.

— Вот оно что, – протянул он. – Твоей матери снова нужны твои деньги?

Алиса с трудом сглотнула. Конечно же, он все о ней знал. Даже то, о чем она никогда не рассказывала. Навел справки, хорошо подготовился.

— А тебе нужна моя жизнь. Вы оба с ней одинаковы. Вы оба одинаково мне противны. Но я больше не могу… – Она запнулась, потратила несколько секунд на то, чтобы успокоиться. – Пользуйся, пока я не передумала. Потом будет поздно. Другую такую дуру можешь не успеть найти.