Книга Сноходцы, страница 137 – Наталья Тимошенко

— Все в порядке, – заверила Алиса, раздеваясь. – Я пришла поговорить.

— Конечно, проходи в кухню, я чаю согрею.

Алиса повесила куртку на вешалку, прошла в тесную кухню. Много лет назад на этой кухне она пила молоко с печеньем, а потом, по привычке, называла ее своей. Но сейчас Алиса вдруг ясно поняла: эта кухня никогда не была ее.

Мать поставила на стол две чашки, тарелку с печеньем, села напротив.

— О чем ты хотела поговорить?

— Я Костю нашла.

Мать побледнела так резко и сильно, что Алиса испугалась, как бы она не упала в обморок.

— Что? – побелевшими губами прошептала она. – Где? Как? Он жив?

— Уже нет. Все эти годы он жил на юге, но недавно попал под машину, так что теперь совершенно точно мертв.

Мать несколько минут смотрела в стену, но Алиса видела, что видит она не узоры на обоях. Будто оглядывается назад, на свою жизнь, на замужество, на человека, который предал ее. В глубине души в ней всегда теплилась надежда, что муж не сбегал от нее. Что с ним на самом деле что-то случилось, что, если бы он был жив, он не бросил бы ее с девочками. И вот теперь она точно знает, что он был обыкновенным слабаком и предателем.

— Я сказала тебе, чтобы ты больше не надеялась, если вдруг что, – сказала Алиса. – Но на самом деле пришла не за этим.

— Что? – Мать перевела на нее непонимающий взгляд.

Алиса вытащила из кармана конверт с деньгами. Очень пухлый конверт с деньгами. Здесь были все те деньги, что Леон перевел на ее счет, когда думал, что она больше не вернется. Алиса хотела просто отдать их матери, но сейчас поняла, что без откровенного разговора не уйдет. Ей нужен, жизненно нужен этот разговор, чтобы раз и навсегда расставить все точки, чтобы никогда больше не возвращаться мыслями на эту кухню, не думать ночами, не совершила ли она ошибку.

— Почему ты никогда не любила меня?

Мать нахмурилась еще сильнее. По ее взгляду Алиса видела, что она уже не думает о муже, она здесь, на этой кухне. Размышляет, что сказать дочери.

— Пожалуйста, ответь мне честно, – попросила Алиса. – Я просто хочу знать.

Мать вздохнула.

— Я не хотела тебя, – очень тихо призналась она. – Мы с твоим отцом учились в одном классе, я даже не уверена, что это была такая уж сильная любовь. Нам было по шестнадцать, что мы могли знать о любви? Он был из очень приличной семьи, хорош собой, спортсмен, отличник. За ним все девчонки бегали. Мои родители не были так богаты, но я считалась первой красавицей в классе, училась хорошо. Мы просто встречались. Это были девяностые, мы, конечно, знали о контрацепции, но… надеялись, что пронесет. Как и тысячи других подростков. Однако именно нас не пронесло.

— Почему ты не сделала аборт?

— Я боялась сказать матери. Мои родители были очень строгими, Алиса, очень строгими. Я была уверена, что они убьют меня. Я сказала твоему отцу, мы пошли к его родителям. Скандал, конечно, был знатным. Они дали денег на аборт, а затем уехали. Просто за неделю собрали все вещи, забрали его из школы и уехали. Я даже не знаю куда. Они не хотели портить ему жизнь. Я с этими деньгами сунулась было в клинику, но несовершеннолетнюю без опекунов не хотели принимать. А искать какие-то левые клиники, которые не посмотрели бы на мой возраст, я побоялась. Когда все-таки пришла к матери с признанием, аборт делать было уже поздно.