Книга Жмурки, страница 122 – Наталья Тимошенко

Яна положила упаковки с сыром и колбасой на стол, вцепилась руками в столешницу, не рискуя поворачиваться к Никите лицом. Они никогда не обсуждали это, но Яна точно знала, что он тоже помнит о том, как она выпала из окна, а уже в следующую секунду Никите удалось втянуть ее обратно. Тогда Яне было недосуг выяснять детали, но позже она много думала об этом и поняла, что просто загадала демону желание, а тот исполнил его. Но если он требует жизнь за жизнь, то какую плату возьмет с нее? Папа? Мама? Кто-то из друзей?.. Никита?

Она не услышала, как Никита подошел сзади, сжал ладонями ее плечи.

— Поначалу я думал, что демон просто потихоньку сводит с ума, – тихо признался он, – поэтому приглядывал за тобой. Но не увидел никаких признаков изменения твоего поведения, ничего, что показалось бы мне странным. Но если дело все-таки в расплате, то ты останешься прежней.

Яна тяжело сглотнула, накрыла его ладони своими, одновременно обхватывая себя за плечи.

— Что он потребует у меня?

— Я не знаю, – признался Никита. – Но ты не должна волноваться. Вместе мы что-нибудь придумаем. Теперь я точно знаю, что жизнь свела нас не просто так. Если хочешь – это было предначертано.

Яна повернулась в его объятиях, непонимающе заглянула в глаза.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что наш дар… наши способности как-то связаны. Лосев недавно высказал предположение, что твой дар всегда дремал в тебе, но начал раскрываться, когда я стал вести у тебя лекции, когда мы стали больше общаться. Я сначала не поверил, но теперь думаю так же. Думаю, наши способности – часть чего-то целого. Потому что не только твой дар раскрывается рядом со мной, но и я с тобой могу больше. Без тебя я только слышу и чувствую призраков, то, что испытывали люди перед смертью. С тобой – я их вижу. В твои сны я могу заглядывать. А тебе сны больше не снятся. Начиналось все с них, но сейчас ты видишь призраков наяву, а вместе с тобой и я, когда касаюсь тебя.

Никита говорил тихо, но каждое его слово Яна впитывала будто даже не ушами, а всей поверхностью кожи. Все, что он говорил, казалось таким правильным, таким естественным, что Яна удивлялась, как они не поняли этого раньше.

— Но как?.. – только и смогла спросить она, по-прежнему глядя ему в глаза. – Как такое может быть?

— Не знаю, – он качнул головой, а потом вдруг нахмурился и спросил: – Когда… когда ты родилась?

— Тридцатого ноября две тысячи первого.

И как только она произнесла это, поняла, что хотел сказать Никита. Словно сейчас не только дар у них был один на двоих, но и мысли.

— В этот день умерла твоя мама? – шепотом спросила Яна.

— Да. – Никита казался ошеломленным этим осознанием в такой же степени, как и она сама. – Мы получили свой дар вместе, Яна, в один день. Это не может быть совпадением.

— Но почему я? Я родилась в Санкт-Петербурге, в паре тысяч километров отсюда.

— Думаю, в том мире, откуда берется наш дар, расстояние измеряется не в километрах. И там мы оказались с тобой так близко, что получили его вместе, разделили на двоих. Скорее всего, у нас не было другого выбора, только как оказаться близко уже и в этом мире. Рано или поздно.

Яна вдруг поняла, что они в самом деле стоят очень близко друг к другу. Он продолжает сжимать ее плечи, а ее ладони давно покоятся на его груди, она чувствует его учащенное сердцебиение и дыхание.