Книга Запертые во тьме, страница 111 – Наталья Тимошенко

— Что там? — вдруг произнес Иван, и Войтех остановился.

Впереди между деревьями что-то светилось. Не на земле, а будто метрах в трех от нее. Мужчины ускорили шаг и спустя минуту вышли на небольшую площадь, в центре которой обнаружился абсолютно целый, более того, по виду совершенно новый, недавно установленный билборд. Это он ярко светился в темноте, подсвеченный снизу несколькими прожекторами. И с него на них смотрело до дрожи знакомое лицо.

— Черт побери… — выдохнул Иван. — Это же…

Договорить ему не дал такой же знакомый голос сзади:

— Ну вот и вы, наконец-то! Как я рад, что вы оба здесь!

18 июня 2017 года, 11.30

гостиница «Три фонаря» г. Медногорск

Оренбургская область

Саша завороженно смотрела на экран монитора и чувствовала, как липкий страх медленно поднимается по телу, с током крови разносится по венам, ледяными пальцами обхватывает сердце, заставляя то биться быстрее. Она знала мужчину, смотрящего прямо ей в глаза и рассказывающего что-то о ее страхах. Эти глаза всегда так действовали: неважно, о чем говорит их обладатель, мозг, затуманенный колдовским взглядом, сам подстраивает любые слова. Глаза настоящего, сильного гипнолога, такого, до которого Саше, лучшей в своей группе, всегда было как до луны.

Граф Аркадий Венедиктович Шумский, в крови которого текла кровь черных колдунов, создавший больше ста лет назад проклятую скрипку и погубивший тем самым не одного талантливого скрипача.

Саша вспомнила то раннее утро в школе-пансионате «Взгляд в будущее»^[1], когда Артем Мамонтов оказался первым, победившим Шумского и его скрипку. Она не присутствовала при этом, знала все со слов Войтеха и Вани, а последний умел быть красноречивым. Саше казалось, что она лично видела Артема, упавшего на колени от усталости; видела превращающегося в ворона Шумского, ярко представляла себе, как хищные черты лица заостряются еще сильнее, вытягиваются вперед, превращаясь в твердый, как сталь, черный клюв; видела Ваню, в отчаянии стягивающего с себя ботинок и запускающего его в улетающего ворона.

Шумский скрылся. И ни полиция, для которой он был директором школы Троекуровым, психопатом-убийцей, ни они сами, знавшие правду, его не нашли. Он спрятался, залег на дно, залечивая раны, но Саша всегда знала, что он вернется. Не думала только, что это произойдет так скоро. И вот он смотрит на нее с экрана, и ей кажется, что еще мгновение — и он снова утянет ее в свою голову, схватит за горло, вытеснит из легких воздух. Эти черные вороньи глаза способны на что угодно.

Зачем он объявился? Почему так рано? И почему так… масштабно?

— Ты знаешь его? — спросила Айя, правильно расценив ее испуганный взгляд.

Саша кивнула.

— Заочно ты тоже. Это бывший директор школы «Взгляд в будущее», помнишь?

Айе даже отвечать не пришлось: по расширившимся глазам Саша видела, что помнит.

— Я не читала подробные отчеты, — осторожно заметила Айя, — но, если мне не изменяет память, он как раз был гипнологом?

— Я думала, что без скрипки он не настолько силен, но, как оказалось, я ошибалась, — вздохнула Саша. — Кажется, он стал еще сильнее. Ведь раньше он мог затуманить разум только отдельно взятого пансионата, а теперь целого города.

— Теперь у него доступ к Образцу № 17, похоже, это будет посильнее скрипки.