Книга Гадючий Яр, страница 38 – Наталья Тимошенко

План, конечно, у Светланы был на миллион долларов. Придумай, как сделать все не так, и сделай. И тем не менее Яра верила ей. Мозгов у Светки только на такие планы и хватало.

Заверив, что сделает все возможное, чтобы найти настоящего убийцу, Яра вернулась к следователю, чтобы рассказать ему все, что узнала. Тот, на удивление, тоже поверил в рассказ Светы, но выпускать ее из камеры отказался.

— Во-первых, она все-таки может врать, – педантично заметил он. – А во-вторых, если она сказала правду, то настоящий убийца сейчас чувствует себя защищенным. Вот пусть и не переживает, так нам легче будет найти его. А Светлане вашей тоже полезно будет немного в камере посидеть и подумать, что можно делать, а что нет.

С этим Яра даже не думала спорить.

Вернувшись домой, Яра решила наведаться к Казакову. Она и сама не могла бы сказать, что именно надеется узнать в разговоре с ним, но журналистским чутьем чуяла – надо. Она потому и была хорошим журналистом, что доверяла интуиции. Порой начинала копаться в таких источниках, которые по всей логике не могли помочь, и находила в них что-то важное. Тоненькую ниточку, потянув за которую, Яра распутывала весь клубок. Коллеги и завистники считали, что у нее просто есть волосатые лапы кругом (уж как она эти лапы получила, версии тоже строились разные), но Яра точно знала: все дело в чутье.

Она старательно гнала от себя мысли, что просто пользуется возможностью, чтобы познакомиться наконец с доктором, заинтриговавшим ее еще в первую встречу.

Расписание на дверях нового ФАПа, который теперь высокопарно назывался сельской поликлиникой, говорило, что сегодня Казаков до шести вечера принимает пациентов в своем кабинете. Часы показывали без четверти шесть, поэтому Яра решила подкараулить его на рабочем месте. Мало ли куда он потом пойдет, ищи-свищи его по всей деревне.

Располагалась поликлиника в том же доме, где во времена Яриного детства был ФАП. Только теперь здание обложили кирпичом, достроили еще один небольшой корпус, на котором висела табличка «Лаборатория», а внутри сделали ремонт. Темный когда-то коридор расширили, под потолком теперь горели яркие лампочки, а на стенах мультяшные герои со счастливыми лицами сидели в очереди к доброму доктору Айболиту. Яра помнила, как в ее детстве раз в месяц на ФАП приезжал стоматолог, и их всей школой водили к нему на прием. Тогда в тесный коридор набивалось слишком много перепуганных детей, а из кабинета то и дело доносились вопли. Нынешним же детишкам как минимум в психологическом плане повезло гораздо больше.

Под дверью с надписью «Терапевт» никого не было, и Яра, постучав, вошла. Казаков сидел за столом и что-то писал в толстой карточке. В белом халате он казался еще элегантнее, чем в темной рубашке, в которой Яра видела его в кафе. Халат оттенял иссиня-черные волосы и смуглую кожу, делая доктора нереальным красавцем и заодно придавая внешности что-то хищное, опасное и оттого еще более притягательное. Услышав скрип двери, Казаков обернулся и посмотрел на Яру с легким удивлением. Должно быть, он уже прекрасно знал, кто она, и считал, что в случае необходимости она поедет в город, уж точно не наведается к сельскому доктору.

— Добрый день, проходите, – тем не менее, вежливо пригласил он. – Что беспокоит?