Книга Тринадцатая запись, страница 72 – Лена Обухова

— Ну... Ваш слепой муж рисует портреты незнакомых девушек и верит в то, что это предсказывает им опасность. Вы тоже в это верите?

— Нет, - хмыкнула Юля. - Не верю. Я знаю, что это правда, а это не то же самое. Мы с Владом так и познакомились. Он рисовал мои портреты, город, в котором я жила, дом... Он переехал в соседнюю квартиру, чтобы познакомиться со мной и уберечь от того, что мне грозило.

— А что вам грозило?

— Смерть.

Слово далось ей так легко, что даже самой стало странно. Лишь небольшая группа мурашек пробежала по шее, словно ее коснулся порыв холодного ветра.

— Влад спас меня. И не один раз. Поэтому я знаю, что девушке грозит опасность. Хотя мне очень хотелось бы, чтобы в этот раз все было иначе.

— Почему?

— Потому что в прошлый все это едва не стоило Владу жизни. И едва не разрушило его семью. Мне не хотелось бы, чтобы та история повторилась.

— Да, для вас в этой ситуации очень много угроз, - задумчиво согласился Савин.

Юля снова отвлеклась от своего занятия и вопросительно посмотрела на него, не понимая, что именно он имеет в виду.

— Ну, тогда Влад рисовал вас, а потом, как я понимаю, на вас женился. Теперь он рисует другую. Разве это не повод для волнений?

Торопливо отвернувшись, Юля соврала:

— Не главный.

24 апреля, суббота

г. Шелково

Озеро. Катя!

Эти два простых слова не шли у Дианы из головы. Она возвращалась к ним снова и снова, теребя в руках дешевые наушники с тонким проводком, открывая переписку с Дашей и набирая номер, чтобы в очередной раз услышать, что абонент недоступен.

Вечер прошел невесело. Диана бездумно слонялась по квартире, то решая, что пора прибраться, то бросая все на полпути. Ей позвонила Лера, узнавшая о Кате от кого-то третьего, спросила в курсе ли она. Диана в ответ призналась, что была на озере, как раз когда там работали полицейские, и даже говорила с одним из них. Лера принялась жадно интересоваться подробностями. В ее голосе Диане почудилось нездоровое возбуждение, поэтому отвечала она коротко и скупо. Потом спросила, не видела ли Лера Дашу, не знает ли, где та может быть, но оказалось, что они не общались уже больше недели.

Чуть позже позвонил Данила, спросил, правда ли то, что говорят про Катю. В его голосе Диана услышала уже совсем другие эмоции: друг определенно с трудом сдерживал слезы. А еще в его вопросе звучала надежда, которую ей пришлось растоптать. Этот разговор получился куда более коротким, Диана даже не успела выразить сочувствие. Впрочем, Даниле это едва ли было нужно. О Даше она его тоже не спросила.

После второго разговора Диана почувствовала, что ей трудно дышать. Горе легло на грудь тяжелым грузом, но слезы никак не могли прорваться. Смерть подруги - такая внезапная и страшная - все еще казалась немного нереальной. Чем-то вроде дурного розыгрыша. Диана даже несколько раз заходила на страничку Кати в соцсети и в их переписку, словно надеялась, что там появится новый пост или сообщение. Конечно, их не было.

От голода мутило, но от мысли о еде становилось только хуже. Зато пригодилась так и не тронутая накануне бутылка белого вина. После первой половины бокала Диана наконец смогла заплакать, а после второй снова взяла в руки смартфон.

Взяла и замерла, растерянно глядя на список контактов. Кому звонить? Кати больше нет, Даша куда-то пропала, с Лерой она уже говорила и ей не понравилось. А кто еще у нее есть?