Книга Джутовая маска, страница 10 – Лена Обухова

Шаурма, конечно, согрела его в дороге, но он все равно немного замерз, пока добрался до кабинета. Андрей Соболев, которого к нему недавно подселили, уже, по всей видимости, был на месте. Во всяком случае, кабинет оказался открыт, а его компьютер ― включен.

Карпатский повесил ветровку в шкаф, пересек небольшую комнату и принялся загружать кофеварку. Хотя бы здесь все оказалось в наличии: и кофе, и вода. А благодаря новому напарнику в тумбочке, кроме сахара, теперь водились и всякие хрустящие вкусности, которыми Карпатский старался не злоупотреблять.

Пока кофеварка фыркала, грея воду, он сел за стол, включил компьютер, растер руками лицо и подумал, что отгул стоило взять хотя бы для того, чтобы проспать весь день. Взгляд зацепился за небольшой пакетик с маленькой старинной монеткой внутри.

«Медальоном», ― мысленно поправил себя Карпатский. Уже в который раз. Просто изначально предмет показался ему монеткой, таковой и запомнился.

Загадочная безделушка, по непонятной причине неподверженная коррозии, была изъята как возможный вещдок в недавнем расследовании, а теперь поступила команда вернуть ее владельцу. Карпатский не был согласен с этим решением. Он считал, что монетка должна быть приобщена к делу об убийстве Екатерины Осиповой, раз уж на нем обнаружена ее ДНК, но кто его спрашивал? Или хотя бы просто слушал… Толковых следователей в Шелково крайне мало. И как правило, они тут не задерживаются: рано или поздно их забирают в Москву. А теперь новые вводные в деле Осиповой и вовсе никому не нужны.

Ехать на Медвежье озеро только для того, чтобы отдать хозяйке медальон, ему не хотелось. Можно, конечно, просто позвонить ей и предложить приехать, но не хотелось и этого. Поэтому он взял пакетик, в котором бывший вещдок по-прежнему хранился, и отнес на стол Соболева. Тот водит дружбу с Федоровыми ― пусть и вручит им эту штуковину.

Карпатский уже собирался снова дойти до кофеварки, но его внимание привлекло изображение на мониторе коллеги. Это была схема, похожая на ту, что они составляли в процессе работы над сложными делами. Вот только дела такого у них сейчас не имелось. Похоже, Соболев затеял какое-то свое расследование.

Дверь кабинета открылась, заставляя обернуться, на пороге появился сам Соболев.

— Доброе утро, ― поздоровался тот машинально, напряженно глядя то на Карпатского, то на свой монитор. В его глазах читался явственный вопрос: «Какого черта ты забыл на моем столе?»

— Доброе, ― отозвался Карпатский и поднял пакетик с медальоном, демонстрируя его Соболеву. ― Хотел отдать тебе это. Вернешь Федоровой при случае. Или пусть она сама к тебе за ним заедет.

Он бросил пакетик обратно на стол и все-таки дошел до подоконника, на котором уже затихла кофеварка. Соболев заметно расслабился и направил к своему рабочему месту.

— А чего я? Сам изъял, сам и отдавай. Я вообще в том расследовании не участвовал.

Карпатский обернулся и выразительно посмотрел на него.

— Официально не участвовал, ― тут же уточнил Соболев.

— Вот заодно и поучаствуешь.

Карпатский налил себе кофе, спиной чувствуя недовольство коллеги.

— А оно мне зачем?

— А напомни, кто из нас майор?

Соболев скрипнул зубами. Не буквально, конечно, но ощущалось именно так.

— Так точно, товарищ майор.

Карпатский редко испытывал угрызения совести, но сейчас что-то такое шевельнулось внутри. Зря он, конечно, про майора. Знал ведь, что Соболева однажды уже прокатили со званием, а теперь, после обвинений во взятке, скорее всего, прокатят снова. Обвинения, правда, не подтвердились, но такова уж система.