Книга Последняя легенда, страница 51 – Лена Обухова

Диане расхотелось наблюдать дальше. Внутри все клокотало от гнева и обиды, но она никогда не причисляла себя к истеричкам, способным прямо на месте устроить скандал с криками, слезами и тасканием соперницы за волосы. Поэтому первым ее порывом было повернуться и пойти назад, но потом она передумала и предпочла продолжить движение вперед, перейдя на узкую дорожку, шедшую за линией кустов: так она сможет пройти мимо парочки, а они все равно не смогут ее увидеть.

Было очень больно и горько, а потому глаза заволакивало слезами. Утром Диана тоже почувствовала себя задетой тем, что Карпатский не захотел брать ее с собой, но ей удалось убедить себя, что это его личная граница и его право – пока не пускать ее на территорию, где он, очевидно, чувствовал себя очень уязвимо. В конце концов, Карпатский мог хотеть просто спокойно поплакать на могиле дочери так, чтобы его никто не видел, особенно она. Диана могла это понять.

Но теперь вдруг оказалось, что Карпатский не взял ее с собой совсем по другой причине. Очевидно, он соврал, сказав, что привык бывать на кладбище один: на могиле дочери он встречался с бывшей женой. И это тоже можно понять. В конце концов, у них одна трагедия на двоих.

Чего Диана не могла ни понять, ни принять, так это лжи. Почему Карпатский не мог сказать ей, как есть? Разве он не знает, как много врал ей Кирилл и как ей теперь трудно верить другим, особенно мужчинам? Ее сердце выбрало Карпатского, возможно, еще и потому, что тот казался прямолинейным и бесхитростным, он говорил с ней откровенно с самой первой встречи. И даже когда его откровенность задевала ее, она внутренне была благодарна ему. Он не врал, что любит ее, не обещал обязательно жениться, но когда-нибудь потом, как часто делают мужчины, чтобы добиться своего.

А вот теперь Карпатский солгал. И ей оказалось тяжелее принять это, чем отсутствие ответного «люблю». Будь он честен и сегодня, скажи прямо, что могила дочери – это территория его жены, Диана не отреагировала бы так остро… Наверное. Впрочем, зачем врать самой себе? Ей все равно было бы неприятно. И обидно. Но она смогла бы оправдать его.

Хотя при желании, Диана могла сделать это и сейчас, объявив его обман ложью во спасение. Однако она как раз поравнялась с парочкой на скамейке и бросила на них осторожный взгляд, о чем тут же пожалела. Карпатский обнимал бывшую жену и утешающе гладил ее по волосам, а та сидела, уткнувшись лицом в его плечо. Диане расхотелось оправдывать его.

Она ускорила шаг, торопясь миновать прогулочную зону, оставив все это позади. После чего какое-то время бесцельно бродила, смаргивая слезы и размышляя о будущем, которое теперь стало куда более зыбким, чем казалось с утра. Желание что-либо съесть или выпить было забыто.

Дурное настроение осталось с ней до возвращения в гостиницу и, вероятно, покинет еще не скоро, но обсуждать случившееся с кем-либо Диане совершенно не хотелось. Поэтому на вопрос Савина она только отмахнулась и предпочла ответить на приглашение:

— Кофе мне не хочется, как и есть. Если только чая со льдом…

Диана собиралась добавить, что еще больше ей хотелось бы пойти к себе и немного поспать, но в этот момент входная дверь резко распахнулась и в нее влетел черный вихрь, при ближайшем рассмотрении оказавшийся взбудораженной Галкой.