Книга Тень за моим плечом, страница 88 – Наталья Тимошенко, Лена Обухова

Дементьев замолчал и отвернулся, прижимая к лицу ладонь и явно не собираясь продолжать монолог. Вероятно, сказал все, что хотел.

— Это не было фарсом, — только и смогла возразить Ольга. — Глупо думать, что я вышла за тебя замуж, чтобы сделать своим наследником. Если бы я хотела под конец подгадить своей матери, чтобы ей ничего не досталось, я бы просто отдала все, что имею, благотворительным фондам. Это несложно сделать, когда точно знаешь свой срок.

Слова дались нелегко. После развода она постепенно разучилась говорить вслух о своих чувствах. Сначала пыталась объяснять матери и немногочисленным подругам, почему ушла от мужа, искала понимания и поддержки, но так и не нашла, поэтому со временем перестала поднимать эти темы. Но сейчас чувствовала, что должна пересилить себя.

— Знаешь, я разочаровала мать уже самим фактом своего рождения. Она беременела не для того, чтобы получить в итоге дочь, она хотела родить себе идеального мужчину, который никогда не предаст и всегда обеспечит. Единственное, чем я смогла оправдать свое появление на свет, — это выбор правильного мужа. Его она любила больше, чем меня, и наш развод разбил ей сердце. Она не верила, что из меня может выйти толк, сменила пластинку только тогда, когда ко мне пришел громкий успех. Но было уже поздно. И все же я никогда не позволяла ей нуждаться. Я никогда бы не ушла, не убедившись, что так будет и впредь, пока она жива. Какое-то время я буду считаться пропавшей без вести, и все эти годы она будет получать свое обычное содержание, а когда меня признают мертвой, получит положенную часть наследства. Я об этом позаботилась.

Она остановилась, давая ему время на реакцию, но Дементьев промолчал и даже руку от лица не отнял. Этого было недостаточно — просто опровергнуть его подозрения. Требовалось объяснить все до конца.

— Я вышла за тебя, чтобы позаботиться и о тебе тоже. Чтобы в любой момент, когда захочешь, ты мог уйти на покой и поселиться в нашем доме. Можешь даже завести собаку. Я животных не выношу, но это уже не будет иметь значения… Ты очень много для меня значишь, Володя. Гораздо больше, чем можешь себе представить или я когда-нибудь смогу объяснить. До тебя я всегда была одна. И в разводе, и в предыдущем браке. И даже до него. Я думала, что так всегда и будет, и научилась с этим жить. Я много лет писала о любви, не веря в нее, и самой себе казалась лгуньей, лицемеркой. И вот что странно: сейчас я понимаю, что все эти годы писала о тебе. Ты не герой романа, нет. Но в каждом моем герое было что-то от тебя… Я не сказала тебе о том, что должно произойти, не потому, что ты никто. Просто я хотела прожить этот год с тобой. Не хотела весь этот год с тобой умирать. В тот день, когда я все поняла про шкатулку, я ухватилась за тебя не из страха. Наоборот. Я вдруг перестала бояться — дурных последствий, обмана, разрыва, разбитого сердца. Я открыла тебе дверь и решила: будь что будет. И было замечательно. Ты доказал мне, что все эти годы я не лгала в своих романах. Что так любить действительно возможно.

Он все еще не смотрел на нее, но руку от лица постепенно отнял. И слушал внимательно. Но когда она снова замолчала, покачал головой и с горечью заметил:

— Похоже, твои романы все равно значат для тебя больше. Раз ты готова умереть, лишь бы не отменять сделку.