Книга Избранница, страница 90 – Наталья Тимошенко, Лена Обухова

Бальтазар не стал его задерживать, на какое-то мгновение даже показалось, что он потерял к Михалу интерес, но потом он вдруг снова окликнул его:

— Михал, охрана сообщила, что на окраине парка найдены сожженные останки, предположительно, низших. Ты что-нибудь знаешь об этом?

Михал замер, а потом равнодушно бросил через плечо:

— Я не знаю даже, где этот чертов блокнот, а ты мне про какие-то там останки.

Бальтазар кивнул, жестом давая понять, что у него вопросов больше нет.

Если бы конкурсантки чуть лучше знали классику, они наверняка уже чувствовали бы себя персонажами старого доброго фильма «День сурка». К счастью для них, с классикой каждая если и была знакома, то весьма поверхностно. К несчастью для Михала Забранского, он ее знал гораздо лучше.

Каждое утро в этом замке напоминало предыдущее: встать с постели, чувствуя, что ночи как будто не было, принять душ, который хоть как-то помогал продрать глаза, наспех выпить кофе, поскольку на полноценный завтрак никогда не хватало времени, получить у Бальтазара и Константина последние указания по конкурсу, которые им пришли на ум за ночь, объявить его конкурсанткам. Даже то, что девушек с каждым днем становилось все меньше, не избавляло его от чувства d #233;j #224; vu.

Это утро радикально отличалось от всех предыдущих. Во-первых, ночь он провел не в своей комнате и не спал вовсе, но, на удивление, не чувствовал себя ни разбитым, ни уставшим, хотя в последнее время ему все чаще казалось, что время играет с ним злую шутку, и он, перестав заниматься своим «ремеслом», начал стареть как все нормальные люди. Однако одна хорошая битва и ночь после нее разом напомнили ему, что он все так же молод, как и двадцать лет назад. Во-вторых, Бальтазар, застав его в кабинете Константина Шереметьева, если и собирался дать ему дополнительные указания, то начисто об этом забыл. Правда, это совершенно не радовало Михала. Он прекрасно понимал, что вампир не поверил ни единому его слову. Даже если бы он придумал куда более правдоподобную ложь, Бальтазар был из тех людей, которые хорошо чувствовали, когда им лгут, а уж когда он стал вампиром, его способность усилилась в миллион раз. И это заставляло беспокоиться.

И все же, несмотря на это, войдя в столовую конкурсанток, где за двумя столиками сидели всего семь оставшихся девушек, Михал на мгновение ощутил прилив такого знакомого чувства, которое можно было охарактеризовать одним словом: опять.

— Доброе утро, конкурсантки, – привычно поздоровался он, но сам почувствовал, что в этот раз приветствие прозвучало по-другому. Всего одна битва.

— Доброе, – нестройно поздоровались девушки.

Они тоже выглядели уставшими. Конкурс вымотал их, и на лице как минимум Ольги явно читалось непонимание, зачем вообще она здесь. Остальные шестеро выглядели более воинственно.

— Сегодня нас с вами ждет очень непростое испытание.

— Как будто все предыдущие были простыми, – фыркнула Мирослава.

Михал только хмыкнул. Знали бы они, какие идеи иногда появлялись у главы клана и его ближайшего соратника, сбежали бы в ночь, роняя тапки. Михалу не раз и не два приходилось напоминать Константину и Бальтазару о том, что конкурсантки – девятнадцатилетние девчонки, по большей части не обладающие ничем, кроме красоты.