Книга Избранница, страница 24 – Наталья Тимошенко, Лена Обухова

— Сегодня мы считаем отсталыми тех, кто пытается навязать другим свою религию, искренне веря, что человек имеет право решать для себя, верить ли ему вообще, и если верить, то в кого. Несколько веков назад на костер или виселицу можно было угодить даже просто за другое понимание веры и религии, не говоря уже о тех, кто ставил под сомнение само существование бога. Мы преодолели расовые и национальные предрассудки, культурное недопонимание, мы признали за разными членами общества равные права и посчитали, что справились с гонениями и неравноправием. Однако я думаю, что не ошибусь, если предположу, что каждый из вас хотя бы раз испытывал на своем собственном примере ошибочность этого утверждения.

Вампиры согласно кивнули, снова переглянувшись, но теперь в их взглядах читалось только одобрение и даже отчасти восхищение. Во втором ряду Аврора едва не заскрипела зубами от злости. По крайне мере, Марте так показалось.

Краем глаза Виолетта заметила, что большие часы напротив сцены, отсчитывающие три минуты, отведенные каждой конкурсантке, уже остановились на трех нулях, но никто в зале не обратил на это внимания. Это вдохновило ее на эмоциональное окончание своей речи, которую, может быть, и придумали Марта и Википедия, но в которую она уже верила так, будто писала ее сама.

— И хоть за вами давно признаны права обычных людей, вы уже почти тридцать лет можете не скрываться и не прятать свое существование, немалая часть общества все еще относится к вам с недоверием, если не сказать больше. Если в моих силах показать, что они заблуждаются, что человек может жить среди вампиров, может быть замужем за одним из них, быть счастливым при этом и не бояться стать их ужином, а через некоторое время добровольно готов разделить их жизнь в том виде, в котором она существует, то я хотела бы это сделать.

Председатель жюри, в котором Марта наконец узнала все того же вампира, на которого обращала внимание и раньше, неожиданно встал и начал аплодировать. Остальные вампиры последовали его примеру, а всех соперниц перекосило так же сильно, как и Аврору. Бойкая телеведущая, которая наблюдала за конкурсом из зала, тут же встала перед камерой, комментируя еще не подведенный, но уже такой очевидный итог.

Марта облегченно выдохнула. По крайней мере, сегодня Виолетта больше рыдать не будет.

— А я смотрю, вы не так просты, Марта Ильина, – услышала она рядом привычно насмешливый голос, в котором сейчас сквозило не то восхищение, не то одобрение.

— Я здесь совершенно ни при чем.

— Ох, ну конечно, – Забранский сложил руки на груди, прислонившись плечом к стене, и улыбнулся. – Из всей своей пламенной речи девочка наверняка поняла только ту часть, где говорилось о предстоящем браке с вампиром.

— Не все ли равно? – Марта грустно улыбнулась. – Зато она действительно верит в это.

Вечером Марта поджидала Виолетту сразу на выходе из башни конкурсанток, посчитав, что, если какая-нибудь мелкая дрянь испортит ее Детке, как она иногда называла подопечную, бальное платье, она уже ничего не сможет придумать на замену. Конечно, красивых шмоток у Виолетты с собой хватало, но длинное пышное платье в пол, которое предписывал дресс-код, имелось в единственном экземпляре, остальные наряды были повседневными.