Книга Избранница, страница 112 – Наталья Тимошенко, Лена Обухова

— Этим ты меня не убьешь.

— Ты знаешь, что убью, – с горечью возразила она. – Хоть и не хочу этого. Но у меня нет выбора.

Он мотнул головой, на несколько мгновений прикрывая глаза.

— Я еще успею ранить тебя прежде… чем истеку кровью… – Он говорил медленно, тяжело дыша, словно теперь каждое слово давалось ему с трудом. – Возьми ее, – он кивнул в угол, где лежала то ли забытая кем-то, то ли оставленная специально тяжелая дубовая палка. – Целься в висок… там самая тонкая кость… сможешь сломать… это будет быстро.

Марта скосила глаза на палку. Он был прав, тысячу раз прав. Он давал ей шанс. В своем состоянии он мог сделать для нее не так много: только сдержать ненадолго Голод, дать время убить его. Потому что сутки на восьми квадратных метрах они не протанцуют. Рано или поздно обращение поглотит его, и он перегрызет ей глотку, станет низшим. Это будет конец для них обоих.

Она почувствовала, как на глаза навернулись слезы. После стольких лет тренировок, подготовок, самовоспитания она не могла сделать такую простую вещь: убить обращающегося вампира. Не могла из-за той половины, что все еще оставалась Михалом Забранским, который никуда не сбегал, не предавал ее. Который сейчас делал все, чтобы снова спасти ее, на этот раз от самого себя.

— Я не могу…

— Ты с ума сошла?! – теперь его голос как никогда походил на рык зверя. – Мы погибнем оба! Ты не представляешь, как сильно я сейчас хочу вцепиться тебе в глотку, разорвать к чертям кожу и впиться… – Он тяжело сглотнул и продолжил уже спокойнее, как будто пытался уговорить ее: – Марта, ты знаешь, что так надо. Ты спасешь нас обоих. Просто сделай это… ты можешь.

Ее пальцы сжались вокруг рукоятки ножа, который она все еще держала перед собой. Некстати вспомнилась их первая ночь вместе. И совместная битва, и то, что произошло после нее. Это заставило ее потерять несколько драгоценных секунд, потому что когда она все-таки шагнула в сторону палки, было уже слишком поздно. Михал бросился на нее так стремительно, что по инерции оба оказались на полу. Он навалился на нее сверху, прижал к холодным каменным плитам всем своим весом, не позволяя двинуться. Нож отлетел в сторону, и оба услышали, как он приземлился в метре от них.

— Прости, – прошептал Михал, наклоняясь к ее шее, где быстро-быстро билась маленькая синяя жилка, от которой он не мог оторвать взгляд, уже почти чувствуя на губах ее приторно-сладкий вкус.

Марте удалось вытащить руку и упереться предплечьем ему в горло, блокируя доступ к своему телу, но она понимала, что это лишь секунды. Рано или поздно он сломит ее сопротивление. Ее нерешительность погубила их обоих.

— Остановись… – почти плача попросила она, но Михал ее уже не слышал, Голод полностью поглотил его.

Когда она уже чувствовала его горячее дыхание на своей коже, дверь внезапно распахнулась. Марта не видела, кто вошел в камеру, но секунду спустя Михала оторвали от нее, как тряпичную куклу. Вошедший швырнул его в стену с такой силой, что, отлетев от нее, он свалился на пол и больше не шевелился.

Марта вскочила, переводя шальной взгляд с Алекса Шереметьева на Михала Забранского.

— Ты убил его? – почему-то это было первое, что она спросила.

— Надеюсь, что нет, – отозвался Алекс.

Он подошел к Михалу, приложил два пальца к его шее, нащупывая пульс, потом улыбнулся, подхватил его и взвалил себе на плечо.