Книга Избранница, страница 103 – Наталья Тимошенко, Лена Обухова

— Да тут столько всего. – Михал снова открыл ноутбук. – Этот Северинов – поистине беспринципное чудовище. Но больше всего в его работах меня заинтересовала теория создания ребенка путем клонирования. Я нашел одну душещипательную статью о том, как женщина хотела родить ребенка от внезапно скончавшегося мужа, и Северинов обещал ей помочь, правда, разрешения на это им получить не удалось. В другой статье говорится, что они это все же сделали, но издание желтое, доверия едва ли заслуживает.

— Боюсь спросить, что такого интересного ты нашел в этой работе? – Марта скривилась.

Михал задумался на несколько секунд, словно подбирая слова.

— Ты знаешь, – наконец сказал он, – нас ведь учили не только мечом махать и лихо сносить головы кровососам. Кроме боевых искусств, мы изучали историю, математику, биологию. Даже мифологию. Все, что хоть как-то помогает нащупать слабые места вампиров. Так вот, в Ватикане существует одна легенда… – Он потер подбородок, глядя куда-то поверх головы Марты, как будто прямо сейчас приценивался, насколько эта легенда сопоставима с работами Северинова. – О вампирском ребенке.

— Ты имеешь в виду, о ребенке, которого родит смертная женщина от вампира, если вдруг такой союз состоится? – не поняла Марта. Она никогда не слышала о таких детях, но, возможно, только потому, что до сих пор любовные отношения смертных и бессмертных оставались лишь сюжетами романов. – Причем тут генетик?

— Притом, что у вампира и смертной женщины, равно как и у вампирши и смертного мужчины, детей быть не может.

— Из-за несовместимости видов?

Михал закатил глаза и отчего-то рассмеялся.

— Что тебе вообще известно о сексуальной жизни вампиров? – неожиданно поинтересовался он.

— Как и всем: абсолютно ничего, – ничуть не смутилась Марта. – От Виолетты я знаю, что это один из главных вопросов: как им удается заниматься этим… учитывая то, что они не совсем живы и у них большая проблема с кровотоком. Но насколько я знаю, еще ни один вампир не взял на себя смелость это объяснить. Хотя теорий существует множество.

— Ну что ж, Виолетту ждет большое разочарование, если она выйдет замуж за Алекса, – продолжал ухмыляться Михал. – По крайней мере, до тех пор, пока ее саму не обратят. В книжках любимой вампирской писательницы Софии Мейер сплошной романтизм, не имеющий ничего общего с действительностью. Ты права, у вампиров большие проблемы с кровотоком, поэтому этим они не занимаются.

— Да ладно? – Марта недоверчиво усмехнулась, глядя на него. – Зачем они тогда образуют пары? Все знают ведь, что они выбирают себе пару.

— Тут мы возвращаемся к вопросу о том, что ты никогда не влюблялась. Как бы ученые ни пытались объяснить любовь с помощью процессов в мозгу и определенного набора гормонов, есть в ней что-то высшее. Что-то, что не объясняется одной лишь биологией. Вампиры влюбляются так же, как и люди. А любовь – это не только секс.

— Никогда не думала услышать такое от мужчины, – фыркнула Марта и покачала головой, все еще пытаясь вписать услышанное в свою картину мира. – Вот это новость все же… Почему ты до сих пор не продал это знание в какую-нибудь желтую газетенку? Мог бы разбогатеть.

Михал стряхнул с идеально выглаженного дорогого пиджака несуществующую пылинку и с улыбкой покосился на Марту.