Книга Академия Горгулий. Тайна ректора, страница 125 – Лена Обухова

— Он любил тебя, — заверил Колт. — И знал, что ты любишь его. Только это имеет значение.

— Может быть. Но я поэтому так разозлился, когда узнал правду. Я ведь даже не думал на вас, предположить не мог. И когда Блор сложила из букв ваше имя, что-то как будто… сломалось, понимаете? Думаю, именно тогда я дал Тьме захватить себя и поэтому не мог ей сопротивляться, как это делал отец. Я все видел, все слышал, все понимал, но… даже не пытался ничего сделать. Я действительно хотел вашей смерти в тот день, когда вызвал на поединок. Не Тьма, а я сам. Простите.

— Не стоит просить прощения за это, — отмахнулся Колт. — Твои чувства можно понять. Я хотел бы, чтобы ты никогда не узнал правды. Потому что жить с ней нам будет нелегко.

— Но я смогу, — пообещал Ламберт уверенно. — Ради Ники. Уж если смог сдержать Тьму ради нее, пусть и ненадолго, то смогу и это. Если вы все еще не против, чтобы я женился на ней. После всего.

Опасение и надежда в его тоне были так заметны, что Колт покачал головой от удивления. Вот уж чего он не ожидал, так это того, что Ламберт станет просить у него благословения.

— В нашу последнюю встречу Патрик попросил меня присматривать за тобой. Ты, конечно, уже взрослый мальчик, но он все равно беспокоился. Никто из нас не предполагал, что тебя обвинят в его убийстве, и я надеюсь, ты понимаешь, почему я не мог тогда сказать правду, но я постарался сдержать данное твоему отцу обещание. Буду стараться и впредь. И не вижу более удобного способа присматривать за тобой, чем породниться. Конечно, если Ника не передумала. Но что-то мне подсказывает, что она не передумала.

— Я собираюсь спросить ее об этом прямо сейчас, — заявил Ламберт, все же отталкиваясь от стены. — Спасибо за все.

— Это тебе спасибо, — несколько растерянно возразил Колт.

— Я в том смысле, что… хотел бы я иметь такого друга, каким вы были для отца.

Колт улыбнулся.

— У тебя он есть.

Распахнувшиеся двери зала и вышедшие эфферы прервали их разговор. Ламберт торопливо кивнул, прощаясь, и ушел, а Колт дождался, когда разочарованные и, вероятно, всерьез разозленные драконы прошли и из дверей появилась Рамина. Она казалась все такой же спокойной, но это, скорее всего, была лишь маска, которую она привыкла носить на людях.

— И что это было? — поинтересовался Колт, недовольно скрещивая на груди руки. — Зачем ты это сделала?

— Что именно? Соврала им? — нарочито равнодушно уточнила она. — Увы, ты не оставил мне другого выбора. Ты ведь не думал, что я действительно отдам тебя им?

— Я определенно не думал, что ты станешь так рисковать ради меня. Ты же сама говорила…

— Неважно, что я говорила тогда, — довольно резко перебила Рамина. — Теперь все иначе. И дело не в том, что было между нами. Ты хочешь, чтобы горгульи вновь восстали против власти драконов? Что ж, может быть, это разумно и справедливо. Но чтобы это не превратилось в еще один бессмысленный бунт, горгульям потребуется лидер.

— Честно говоря, я надеялся, что отвоевал свое и это будет кто-то другой.

Она улыбнулась.

— Наивно с твоей стороны. Это твой путь, Энгард. Ты не умеешь иначе. А никто другой из вас все равно не сможет объединить оставшихся горгулий вокруг себя. И при этом гарантировать, что восстановление справедливости не превратится в массовую резню во имя мести. Ради этого я готова была пойти на некоторый риск, а он был не так уж велик. Я прекрасно понимаю, что доказать твою вину практически невозможно.