Книга Мужья для боевой попаданки, страница 85 – Таруна Поддубная

Сердце сжалось. Страх? Нет. Это был не страх. Это что-то другое. Нечто более глубокое, более древнее. Гнев. Отчаяние. И… Решимость.

Глубокий вдох. Такой глубокий, что кажется, легкие сейчас лопнут. Я закрыла глаза. Прошлое, настоящее, будущее – все слилось в единый поток. Я вспомнила все. Все, что любила. Все, что потеряла. Все, что была готова защищать.

И я выпустила его. Это был не просто огонь. Это не просто пламя. Это… родовой огонь. Огонь моего сердца. Пылающего, неистового, не знающего жалости. Он вырвался из меня, как живое существо. Он был частью меня, этого мира. Вокруг меня завертелись струи огня, сплетаясь в диком, завораживающем танце. Они раскручивались, скручивались в воронку, и взметнулись в небо, к той ужасной битве.

Крики, визги, а потом… тишина. Почти. Поле битвы засыпало прахом сожженных тварей. И я увидела… Портал. Он начал сжиматься. Медленно, неумолимо. И, о чудо, портал в небе, он не просто медленно сжимался, он точно начал закрываться. Твари больше не сыпались оттуда. Драконы в небе были спасены.

Все внутри меня кричало от боли, будто кто-то выскреб душу раскаленной ложкой. Каждый мускул дрожал мелкой, неконтролируемой дрожью. Я опустилась на колени, уперлась ладонями в холодную, выжженную землю, и мир поплыл перед глазами. Воздух обжигал легкие, пах гарью, прахом и медью - этим знакомым, тошнотворным запахом крови. В ушах все еще стоял тот рев - не отчаяния, а ярости, чистого, животного ужаса, когда я увидела его, золотого дракона, в когтях этих тварей. Еще пара глубоких вдохов и мне стало чуть легче. Я знала - почти весь резерв исчерпан. Еще один такой выброс, и я упаду, полностью опустошенная, без единой искры магии.

Вокруг не смолкали звуки боя. Крики раненых, лязг металла, отдаленные взрывы магических пульсаров. Я подняла голову, глядя на этот кошмар. На все это. Каждый звук битвы лязг, крик, отдаленный грохот врезался в виски отдельной иглой. Но остановиться было нельзя. Пока звучал этот адский хор, нельзя. Стиснув зубы до хруста, я, шатаясь, поднялась. Ноги были ватными, мир качался, как палуба во время шторма. Я вновь сложила ладони. В груди, там, где должно быть пламя, шевельнулась лишь тупая, холодная зола. Но я сгребла ее, всю, до последней искры, до последнего воспоминания о тепле.

Сердце колотилось где-то в горле. Я знала, что это рискованно. Знала, что могу не выдержать. Но я не могла иначе. И вновь выпустила огонь рода. На этот раз с огромной силой, равной прошлой, распространяя его в несколько сторон, словно щит, словно последнюю надежду. Огонь расползся по земле языками, выжигая гадов, что прятались в тенях.

Бессилие накатило с новой силой. Земля под ногами начала уходить, и я уже падала, чувствуя, как сознание ускользает. Но меня поймали. Крепкие, мужские руки. Я несильно ударилась, вжатая в что-то твердое. Посмотрев вниз, сквозь пелену боли и усталости, я увидела окровавленный золотой доспех. Это был он. Тот золотой дракон, которому я помогла. Он держал меня, прижимая к своей груди.

— Все, остановись, - прозвучал его голос, глубокий и сильный, прямо у моего уха. - Ты очень помогла. Теперь воины сделают все сами.

Его голос гремел у меня за спиной, низкий, как отдаленный гром, но сейчас в нем не было мощи небес. Была глубокая, бездонная усталость и… бережность. Он держал меня так, будто я была хрустальным сосудом, а не воительницей, только что выкосившей полчище тварей. И я позволяла... На миг просто закрыла глаза, слушая этот стук сердца и его слова, пытаясь в них поверить.