Книга Вторая жизнь и мир по наследству 2, страница 46 – Таруна Поддубная

— Конечно! – идея отдыха им понравилась больше, чем предыдущая.

— Эми, нам пора отправляться с этой планеты, все в сборе, поэтому тебе пора на мостик! – прервал наш разговор Малыш, что было очень вовремя.

Посмотрев на мумию, с которой пришла повидаться, я развернулась и направилась к выходу. Хоть корабль имел интеллект, и мое присутствие было чисто номинальным, но у Малыша было обязательное требование, чтобы при каждом взлете я находилась в кресле капитана и следила за показателями. К такому выводу он пришел после нашего с ним разговора в нашем закрытом мире на случай, если он отключится, я смогла бы поднять нас в космос или увести от опасности, ведь кроме меня системы корабля никому не отзовутся.

Повернув, я наткнулась на стоящих вдоль стены по обеим сторонам всех мужчин, которые присутствовали в гостиной. Они образовали таким образом туннель, через который мне предстояло пройти, чтобы попасть на мостик. Для чего они встали, не понятно, так как они и без меня могли сесть и занять своим места, но это было кстати.

— Я говорю единственный раз и больше повторять или прощать не буду никого! Если еще раз кто-то свои теории или еще какие истории расскажет при детях, как это было в гостиной, то уж не обижайтесь. Я лично тому вырву все конечности и не только с особой жестокостью и максимальными мучениями, поэтому впредь, прежде чем сказать что-то подобное, прошу хорошо посмотреть по сторонам! – говорила я все это железным и очень холодным голосом, чтобы ни у кого не возникло даже капли сомнений, что я так сделаю.

— Простите, это моя вина, больше такого никогда не повторится! – сказал Паш и склонил все свои конечности в знак того, что признает вину и готов понести наказание.

Вот только посмотрев на него, все остальные мужчины стали опускаться на одно колено и приложили кулак к груди в знак полного согласия. Среди мужчин также, склонив одно колено, были и Юрафа с Эликаэлем, правда они стояли рядом с гостями, а не мужьями, видимо, конфликт утренний был все также не улажен между мужчинами.

— Эми, эти двое после раздумий и трепки мужей и братьев приняли решение остаться с тобой, а не покидать корабль! Решение, могу сказать, далось им не просто, я следил и за их мимикой и жизненными показателями! – поделился со мной информацией Малыш, который везде успевал: и посмотреть, и всех подслушать.

— Ладно, решили значит решили, поживем – увидим, что из их решения в итоге выйдет, - быть моим мужем не так просто, это я тоже понимала.

Детки, отцепив свои ручки, бросились к отцам, как только я сделала первые пару шагов, и повисли у них на шеях, будто ничего не произошло. Пройдя весь этот коленоприклонённый строй, я зашла на мостик и села в кресло капитана. Теперь мы покидаем эту планету, для того чтобы прибыть на следующую, вот только на курорт с отдыхом мы летим, или нас там ждет совершенно другое, мне было неизвестно, но повернуть обратно нельзя, теперь только вперед несмотря ни на что. Я - мать, которая готова была ради своих детей и их дальнейшего будущего не только умереть, но и разрушить не одну планету целиком, если это понадобиться.

Когда мы вышли в открытый космос, то не стали как раньше стыковать все корабли вместе, лететь нам было всего несколько дней. И мужья назначили своих помощников временными капитанами, давая таким образом себе свободы, а им ответственности, но следили за их действиями постоянно. Малыш тоже обрадовался такому решению, ведь теперь никто не будет лишний ходить туда-сюда, раздражая его. Ведь для обеспечения безопасности и его сильной подозрительности он следил за каждым шагом на корабле. Постоянно все снималось и записывалось: кто куда пошел, что делал, сказал, взял или положил. И поэтому всегда ворчал, что ему не хватает времени на серьезные собственные исследования, но что это за исследования, молчал как партизан.