Книга Ты не такая! Да, я майор спецназа, страница 170 – Таруна Поддубная

— Ну, я выжила в секторе Пи-13, после чего меня убил отец и сделал жнецом смерти. Потом похитили вампиры, вколов савану, которую мой организм вывел очень быстро. Даже яд Малаха мне не навредил, ты думаешь меня, жнеца смерти, сможет убить суп, сваренный Малахом? — вопросительно посмотрела на Раахата.

На что отец посмотрел на Алекса и Малаха, а потом пожал плечами. Я, улыбнувшись и собрав всю свою храбрость, всё-таки поднесла ложку к губам и положила ее содержимое в рот.

На вкус там был вагон соли и перца, отчего рот загорелся огнем, и я с огромным трудом сдержалась, чтобы не выплюнуть. Но потом стала жевать, и ко всему этому добавился еще и сладковатый вкус, есть это было нельзя даже с голодухи, но, по крайней мере, это меня не убьет, о чем и сказала.

— Не смертельно, но нужно многому поучиться. Отец, может ты возьмешь и научишь готовить моих мужей, лучше, чем мучиться с разводом? — спросила у Гараха, а вот Раахат быстро оказался рядом и повторил за мной пробу блюда.

— Думаю, они не обучаемы, может лучше найдем тебе мужа, который умеет готовить? — предложил отец-эльбиг, но от мысли об еще одном муже меня, как и моих мужей, скривило.

— Не, Гар, они точно обучаемы, по крайней мере Малах. Сейчас это с огромным трудом, но можно проглотить. Впервые шедевр Малаха — булочки я попробовал с сильного двухдневного голода, заработавшись в лаборатории. Меня поэтому не смутил их неприглядный вид и очень зря. Поэтому я радостно решил в нее вгрызться, из-за этого временно лишился клыков и получил вывих челюсти! — сказав это, Раахат не удержался и подернул плечами от воспоминаний, мы заржали, а Малах покраснел от смущения.

— Ясно, хорошо попробуем научить твоих мужей, но, если что — подумай насчет мужа, который умеет готовить, — и, сказав это, Гарах в сопровождении Ларака пошли на кухню, чтобы покормить нас чем-нибудь, что можно съесть. А вот Алекс и Малах тенью последовали за ними.

На следующий день мы долго спорили и выбирали платье, в котором я буду на встрече с Советом сегодня вечером. Очень жаркий спор разгорелся между моими мужьями и отцами. Они — и отцы и мужья — разделились на два лагеря. Одни считали, что я уже готова показаться перед всеми без балахона, а вот вторые были искренне уверены в обратном. Они успели поругаться, подраться, помириться, и так по кругу несколько раз. Так же в промежутках между их руганью они замучили меня примеркой той кучи платьев, что была накуплена Мором. Когда они меня окончательно достали и измучили всеми этим криками и попытками настоять на своем, я поставила в этом всем точку.

— Я еду, как всегда, в мантии жнеца смерти и никак по-другому, я жнец, отец жнец, муж жнец, и на этом все — точка! — крикнула, не сдержав эмоции, отчего вложила силу в слова, повлиявшие на всех.

Правда, мое влияние они сбросили быстро, но спор, действительно, закончился, как и мои мучения. Вот только уйти мне не разрешил Мор, он, подхватив меня, закинул на плечо и отнес на кухню. Где, посадив на разделочный стол, достал пироженки и с помощью ложечки, как ребенка покормил меня. Когда гнев поутих, я даже смогла посмеяться над происшедшим.

— Тебе смешно? Если бы я знал, что ты так любишь одежду жнецов, я бы накупил только её, — улыбаясь, сказал Мор.