Книга Меня не ждали, а я приперлась!, страница 56 – Таруна Поддубная

— Все не совсем так, я могу им пользоваться, и он мне очень нравится, даже из рук выпускать не хочется! – сказав это, наклонилась и вытащила кинжал из ножен, от чего вся компания встала как вкопанная, открыв рты.

— Это невозможно! – практически прокричал будущий посол.

— Алан, тоже так сказал, но, как видите, возможно! Да тут, кстати, украшения и пуговицы с одежды Вашего сына! – протянула мешочек послу, который стоял удивленной статуей и не сразу протянул руку, чтобы забрать у меня мешок.

Он осторожно, даже слегка трясущимися пальцами, расшнуровал мешок и стал очень бережно рассматривать все, что там находилось. Он осмотрел каждый перстень и каждую пуговицу, и его лицо стало настолько белым, будто всю кровь из него резко выкачали.

— Это все принадлежало моему сыну, и перстни эти - наши фамильные! – по его лицу потекла одинокая скупая слеза, которая больно кольнула мое сердце.

Я не стала сдерживать свои порывы и эмоции, которые рвались из меня, и подошла обняла его. Это было не принято у эльфов, даже считалось оскорбительным. Но посол отреагировал на мои действия по-другому: он крепко обнял меня и сжал, будто именно мои объятия дают ему силы продолжать стоять, а не осесть на землю без сил. Он уткнулся в мое плечо лбом и тяжело дышал, так мы и стояли, чем окончательно добили окружающих. В наших объятиях не было никаких эмоций как между мужчиной и женщиной. Сейчас это были объятия скорее родственников, брата и сестры, которые переживают общее горе. Это были странные ощущения и непривычные для меня, ведь такое я испытывала впервые, и оторваться от него у меня не было ни сил, ни желания. Мы простояли так минут пять и молчали, что мы, что окружающие нас.

— Спасибо, мне сейчас это было нужно! – очень тихо мне в плечо сказал посол.

— Знаю! – он обнял меня еще крепче и, погладив по спине, отодвинулся, вот только смотрел он на меня уже как-то по-другому.

— Приношу свои извинения за несдержанность своих эмоций! Можем идти дальше! – и мы пошли, только посол теперь всегда находился рядом со мной.

Вампир, видя это, скалился, а вот дракон смотрел таким взглядом, что готов вот-вот сменить свою ипостась и сожрать посла вместе с ботами, а меня схватить и утащить в башню, посадив под замок. Все, кто прибыл с послом, изредка косились на нас, а вот Миримон шел и пыхтел, как чайник. Вот только Арвен не обращал ни на кого внимания, он был полностью погружен в свои мысли и изредка посматривал на меня, думал о чем-то, но хранил молчание.

Мы подошли к месту, где я нашла эльфа, и все эльфы стали ходить вокруг и все осматривать. Арвен присел на корточки и положил руки на ствол дерева, к которому было прислонено когда-то тело эльфа. Через минуту руки посла засветились, и магия потекла в дерево. Я впервые видела магию эльфов и чувствовала ее как что-то очень знакомое, притягательно-ласковое, как маленького ручного котенка. Все стоящие рядом эльфы замерли и не издавали никаких звуков, смотря на посла и ожидая, когда тот закончит. Так прошло, наверное, минут двадцать, посол не двигался, а мы расселись на земле и тихо ждали, даже не переговариваясь, чтобы не мешать. Магия прекратила поступать из тела эльфа, и он, тяжело вздохнув, сел, оперевшись спиной о дерево, и опустил голову на колени, которые прижал к себе. Я видела, что ему было очень плохо и тяжело, поэтому встала и подошла к нему, а потом вообще присела и обняла. Так мы немного посидели, и потом он, подняв голову и посмотрев куда-то в пустоту, начал рассказывать.