Книга Меня не ждали, а я приперлась!, страница 137 – Таруна Поддубная

Вампир сидел внутри него и, улыбаясь, потягивался, по его довольной морде было понятно, что отдохнул он отлично в отличие от меня, и это бесило. Заметив изменения, брат вновь применил магию, дабы успокоить меня, только его старания все пытались демонстративно разрушить.

Ведь в следующий момент в окно обратно залез Алан, продолжая крепко ругаться на драконьем языке, мне было непонятно, но по интонации я бы сказала, что он ругается матом. Мои глаза стали огромными, когда это драконы стали залезать в окна, а не заходить в двери.

Не успела я ничего сказать дракону, который, пыхтя как чайник, ушел в ванную комнату, как в окне появились новые гости. Очень быстро и ловко в окно запрыгнул Люсьен, а следом за ним еще Жамин. И все это было как само собой разумеющееся, будто в нашем доме никогда не существовало дверей, отчего я скрипнула зубами. Люсьен сел на гроб, вампир это воспринял с недовольством, но белому волку было безразлично на эмоции клыкастого.

Жамин остался сидеть на подоконнике, куда, подвинув его, пролезла башка Аиды, на которой не было подпалин от дыхания дракона, но в ее челке торчали травинки, которые и достал оборотень. На его действия лошадь повернула свою голову, качнула ему в знак благодарности, оборотень хмыкнул, а я от цирка уже практически зарычала. Чем больше я нахожусь в этом мире, тем больше каждое утро начинает мне напоминать утро в дурдоме, где явно день открытых дверей, и я в самом эпицентре.

— Что тут происходит, мне кто-нибудь объяснит? – брат, услышав гнев в моем голосе, начал делать массаж головы, только после всего этого дурдома это было как слону удар зубочисткой.

— А что не так? – вампир явно решил прикинуться ветошью, только ему это не помогло, и за моей спиной тяжело вздохнул эльф.

— Я, по-моему, тебе ясно говорила, чтобы твоего семейного гроба в моей спальне не было? – прорычала я ему. Начнем с него, а дальше всем остальным достанется.

— Я тебя предупреждал! – сказал брат, и таким образом он оставил его разбираться самостоятельно.

— Не надо на меня ругаться, я вчера спросил твое разрешение, когда мы пришли, ты согласилась! – с чувством выполненного долга ответил он.

— Я сейчас сожгу твой родовой ящик вместе с тобой! Если ты думаешь, что спросил, когда я уже практически спала и согласилась на неизвестно что, то я это все приму и тебе ничего за это не будет ненадейся! – мы впились глазами друг в друга.

— Явилась, сволочь! – раздался недовольный голос дракона.

— Ты тоже скажи мне, пожалуйста, забыл что такое дверь, теперь через окна ходить начал или с испугу мозги заклинило? – дракон был озадачен моими словами и подзавис, Люсьен хмыкнул.

— Ты тут тоже не хмыкай, вас это тоже касается, какого лешего вы через окно запрыгнули, когда дверь рядом? – резко у всех что-то заклинило в мозгах.

— Не ругайся, Лилинэ, мы действительно подумали, что что-то с дверью, может, ты заклинание какое сотворила, твои прародительницы часто так баловались с барьером! – видя, что мои глаза становятся как блюдца, решил пояснить. – А что мы должны были подумать: возвращаемся из деревни медведей, вначале Аида пробегает, за ней через окно выпрыгивает дракон и оборачивается. Потом возвращается таким же способом обратно, вот мы и подумали, что двери заклинанием закрыты, а нам поговорить надо было с вами! – Жамин говорил спокойно и убедительно.