Книга Бедовая помощница в академии драконов, страница 158 – Анастасия Милованова

— То есть вы утверждаете, что все ваши действия были направлены только на благо девушек? И от них ничего не требовалось? Совсем-совсем ничего? — к допросу подключается Юваль.

Я же оглядываюсь в поисках чего-нибудь, где можно будет продолжить запись.

— Ничего! — с чувством собственного достоинства заявляет Жеванш. В этот момент с кресла ректора срывается Лямуриэль и, подхватив со стола Райгарда толстенную записную книгу, приносит её мне.

— Спасибо... — в удивлении благодарю я.

— Чикуне привет, — отвечает птица бархатным, до нутра пробирающим голосом.

Лямуриэль возвращается к хозяину, а я только сейчас понимаю, что все смотрели на нас.

— Продолжайте, — деловито прошу я и ловлю отголосок улыбки Райгарда. — Мы остановились на том, что лотта Жеванш помогала своим студенткам устроить жизнь и помощь эта была, — открываю новый блокнот и вывожу по буквам, — б-е-с-ц-е-н-н-а...

— Я так больше не могу-у-у, — внезапно взвывает Шмонна и вскакивает с места. — Мармея, ты меня прости, но это действительно перебор! Была цена! Была! Бедные девочки, — хозяйственница указывает на студенток, — были вынуждены любезничать с попечителями! Терпеть их шуточки, отвечать на ухаживания!

Шмонна выглядит по-настоящему страдающей — заламывает руки и с печалью смотрит на Райгарда. Только вот чувствуется во всём этом какая-то фальшь. Уж слишком всё наигранно. У меня складывается впечатление, будто Шмонна просто увидела возможность свалить всю вину на подругу, а то и подняться за её счёт. Свои наблюдения записываю в замечания на полях.

— Ложь! — Жеванш вскакивает, да с такой скоростью, что кресло за ней с грохотом опрокидывается. — Ты что несёшь?! Ты против кого выступаешь, плебейка?!

— Она правду говорит! — внезапно выпаливает одна из студенток. — Лотта Жеванш, мы правда всё терпели. И разговоры, и...

Девушка закрывает лицо ладонями, а у меня сердце обрывается. Тело окатывает леденящим ужасом, когда я понимаю, через что могли пройти студентки по указке Жеванш.

— Ну-ну, — успокаивающе произносит ректор, поднимаясь с места и подходя к осмелившейся высказаться девушке. — Либея, да?

— Угу, — кивает та, не отрывая ладоней.

— Либея, дочка, ты в безопасности. Расскажи, что происходило на этих балах, — с участием просит Граймс, заботливо приобнимая девушку. — Тебе ничего не грозит. Мне давно надо было разобраться, но всё руки не доходили.

— У вас руки не доходили, а вот у попечителей, похоже, очень даже... — бормочу себе под нос, всё ещё не веря тому, что слышат мои уши.

Бордель под крышей академии! Какой позор!

— Мы должны были развлекать гостей беседами, улыбаться на всё, что они будут говорить. Подслушивать за ними и... — девушка заикается, — и-и-и... Терпеть их поцелуи! Они целовали наши руки!

Она заливается слезами, в то время как остальные густо краснеют.

— Погоди, Либея, дальше поцелуев никто не заходил? — осторожно уточняет Юваль.

— Что? — икнув, переспрашивает девушка. — Нет, что вы. Только поцелуй. Ладонь, максимум запястье. Но это же так неприлично! Это отвратительно! Я ведь даже не влюблена в них была! У-у-у-у...

Девушка заливается слезами, а я в лёгком ступоре переглядываюсь с Райгардом. С одной стороны, хорошо, что дальше поцелуев не заходило, с другой — факт эксплуатации налицо.