Книга Корона теней. Пляски со смертной. Часть I, страница 22 – Катерина Алессандра

Я замолчала и начала молча смотреть в окно. На этот раз чутьё подсказывало мне, что сбежать не удастся.

— Попытка побега будет расценена как ещё одно преступление против Талмаара, — вдруг вкрадчиво добавил белобрысый, будто прочитал мои мысли. — Не усложняйте.

— К чему обычно вы приговариваете таких, как мы? — спросила я.

Фейец усмехнулся и парировал, красиво улыбнувшись:

— Слишком много вопросов от тебя, смертная. Почему ты не задавала их перед тем, как пойти устраиваться на работу к тем парням, которые вас едва на органы не продали?

— Каждый набивает свои шишки по-своему. И всё же. Разве вы не высылаете таких безобидных нарушителей на родину?

— Безобидных среди нарушителей не бывает. Вероятно, это будет крупный штраф.

— Но как его оплатить? У нас нет денег.

— Будете отрабатывать.

— Но если за суд возьмётся генерал Даган… — многозначительно добавил рыжеволосый.

— Тогда что?

— Тогда я тебе не завидую, смертная. Желание получить статус беженца ещё не даёт вам право вторгаться на территорию Талмаара.

— А желание спастись от смерти? — дрожащим от негодования голосом спросила я.

— Даган суров и очень жесток. Даже фейри признают, что у него нет сердца.

Я с тяжёлым вздохом откинулась на спинку сидения. Что ещё за генерал Даган? Как будто мало мне было кровожадных торговцев живым товаром.

— Но пока не переживайте. Генерал был на северных рубежах последний месяц. Рубил головы мятежникам. Не думаю, что он скоро вернётся и успеет поучаствовать в вашем суде.

— Вы же всё видели, — вдруг очнулась Лика. — Почему бы вам не замолвить за нас словечко перед судьёй?

— Зачем? — хмыкнул белобрысый.

— Спасти нас ещё раз.

— Какое нам дело до двух смертных дур? — хмыкнул рыжеволосый. — Правда, Синдар?

Белобрысый, названный Синдаром, криво усмехнулся. При этом снова внимательно посмотрел на меня через зеркало заднего вида. От его взгляда становилось только тошно.

— У нас такое не принято, — ответил он. — Мы можем только рассказать, как всё было на самом деле. Остальное — в руках тех, кто будет решать вашу судьбу в Талмааре.

Поездка продолжалась в тишине. Позже мы узнали, что рыжеволосого зовут Орикос. Он был самой неприятной частью поездки. Грубо над нами подшучивал. А, может, и не подшучивал. Как же он был отвратителен! Его мать точно согрешила с орком когда-то…

Немного согревшись и попытавшись не беспокоиться слишком сильно, я осмотрела себя. Любимая кожаная куртка порвана в нескольких местах, белая рубашка стала разноцветной от грязи, травяного сока и пятен крови. Волосы наверняка в жутком беспорядке. И не мылась я уже больше суток, часов двенадцать назад съела бургер и запила водой. Вот и весь рацион. Воды нам никто не предлагал, да и слышала, что из рук фейри ничего нельзя брать. Особенно еду и питьё. Но что теперь делать? Умереть от голода и жажды? Преступников же они тоже кормили? Особенно таких безобидных, как я?

Фейцы хотя бы руки нам развязали и позже позволили справить нужду во время короткой остановки. Мы бы не стали пытаться бежать: в этой части леса тоже летали какие-то магические светлячки, искры, росли ночные цветы, сияющие в темноте, а где-то вдали лес пронзил жуткий вой.

— Волколаки спариваются, — скучающим тоном объяснил Орикос и хрипло рассмеялся, когда мы с Ликой поторопились обратно в машину. Не хотелось проверять, сказал он правду или просто поиздевался над нами.