Книга Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача, страница 102 – Мария Вельская

Ширрас-шу — ночные хищники. Смески теневых котов. Ещё более живучие, невосприимчивые к магии, опасные. Легко находят жертву по капле крови. Живут стаями. Главная — самка вожака. Порой её приказы выполняются быстрее, чем приказы самого вожака. Трепетно заботятся о детенышах. Получить себе мелкого ширрас-шу в качестве охранника — мечта многих Великих домов нелюдей.

Мне же достался молодой кот. Ещё не взрослый, но на пороге зрелости. И, судя прищуру, на зубок меня будут пробовать неоднократно. Раньше бы я испугалась. Держала бы лицо, а про себя ненавидела. Теперь же я гордилась. Тем, что Моршерр не сомневался — я смогу справиться с капризным зверем.

Я не собиралась его подчинять. Друзья мне нужны гораздо больше, чем подчинённые. Хотя, судя по настороженной морде — кот был иного мнения.

— Произвол! Я буду жаловаться! — Вопил Ишти. — Это негодяйство! Подлючая подлость! Не дают честным мышам заработать на пропитание!

— Ты сначала шерсть причеши, жалобщик, ха! Мррау! — Поддели эршеру.

А потом... Вылизали розоватым шершавым языком. Да так, что я едва сдержала хохот — бедняга Ишти стал напоминать мохнатую мочалку.

— А-а-а! Мерзавец! Да я! Я тебе усы повыдергаю!

— Сначала глаза разлепи-муррр, — фыркнул наглый ширрас-шу.

Как остановить кошачий заговор и произвол? Рецепт прост.

Кота когтями за ухо. Большой? Ничего, я тоже не малышка-феечка. Лёгкий удар тьмой. Надавить силой. А после — плеснуть в морду две горсти воды из стакана.

— Приятно? Наверное, нет, — заметила холодно.

Голос налился силой. Потёк очарованием, смешанным с приказом.

— Я скажу один раз. Мы не устраиваем разборок среди друзей. Ты можешь не считать Ишти другом, но и оскорблять не имеешь права. Если мы будем разобщены — все усилия магам на смех, ясно? Я думала, что ты зрелый и сильный воин, а ты задиристый подросток, которому нельзя доверить важное дело!

Это выходило само собой. Голос растекался плотной волной, ложился на комнату, обвивал невидимым шлейфом. Власть. Сила. Право приказывать.

Остро пахло сладковатым клевером.

— Мруяуррр! — Кот поджал хвост.

Распластался, глядя такими несчастными глазами, что хотелось обнять коварную морду — и немедленно простить, да ещё и извиниться.

Мой смех разлетелся колокольчиком.

— Ты меня понял, ширрас-шу?

— Даурр, хозяйка. И я — Шарркад. Больше ссоры не затею, — надменно фыркнул несносный котяра.

А потом потянулся ко мне, как околдованный, возмущённо урча что-то про клятую магию сидхе, и...

Ещё вот тут почеши, пожалуйста. И под носом. И грудку. И животик. И, мышь, ты чего пихаешься, сейчас не твоя очередь!

В комнате царила мирная урчащая тишина. Руки работали не покладая когтей — почёс — не то, от чего можно отлынивать. Я ощущала, как меня наполняет гармония. С миром. С его тварями. С собственной магией, которую я чётко ощущала в себе.

Никакие испытания не даются нам просто так...

Из комнаты я вышла в боевом настроении, готовая к новым свершениям. Кого причесать, а кого почесать?

— Ты! Убийца! Из-за тебя, тварь, Олеару забрали ищейки морских, а от них не возвращаются! — Ворвался в мои уши визгливый голос.

Коридор общежития гудел, сновали мимо адепты. Подружка Олеары тыкала в меня пальцем и громко верещала.

— Наверное, это я заставляла её кинуть мне в зелье запрещённый ингредиент, который мог покалечить десяток адептов? А, может, это я заставила бедняжку Олеару себя травить, портить мои вещи и подсылать ко мне своих подручных? — Мой голос звучал обманчиво спокойно и тихо. Какие глупые детки.