Книга След пророчества, страница 30 – Людмила Закалюжная

— Бабушка долго сидела, вот в этом кабинете, держа в руках вещь пропавшего ребенка. А когда открыла глаза, то они слегка мерцали, что было уже признаком — бабушка нашла девочку, и та жива. «Она очень слаба, — сказала бабушка. — Фрейдрих протянул мне бокал с вином, пришлось взять. —Душа из последних сил цепляется за нить, связывающую ее с телом. Я „видела“ вашу дочь лишь потому, что искала именно душу. Поторопимся. Если успеем, то спасем вашу девочку».

Фрейдрих замолчал, сделав глоток вина. Я машинально последовала его примеру, размышляя об удивительном способе поиска. О таком я еще не слышала.

— Они нашли девочку в пещере за рекой. Ледяная вода по пояс, лицо синее от холода, бедняжка почти не дышала. В поисковой группе присутствовал сильный зрячий, он вытащил ребенка с того света. И таких историй много, фройляйн Арина, — создатель поднял бокал. — За великую искательницу графиню Эльзу фон Грейфен!

За это стоило выпить, и я осушила бокал, почувствовав на языке терпкий вкус вина. Слегка поморщилась, подняла глаза и замерла под пронзительным взглядом создателя. Он рассматривал меня, как… букашку. Стоило мне надоесть, и он просто раздавит пальцем.

Я поставила пустой бокал на столик, и Фрейдрих тут же наполнил его снова.

— Теперь ваш тост, — с ехидцей произнес создатель. Его колено под столом внезапно уперлось в мое. «Не вздумай паниковать», — прошипел внутренний голос, но сердце уже колотилось, как пойманная птица.

— Моя бабушка была хорошей гадалкой и хитрой цыганкой. Благодаря ей табор не только исколесил всю Европу, но и выжил, — гордо сказала я и поднялась, внимательно наблюдая за создателем.

Фрейдрих усмехнулся и неожиданно тоже встал, его пальцы впились в мой подбородок, заставляя запрокинуть голову. Бокал выскользнул из моей руки, и рубиновые брызги расцвели на платье алыми маками.

— Ты слишком дерзкая, фройляйн, — прошипел создатель. Его губы презрительно скривились.

— Простите, герр фон Грейфен… — прошептала я, глядя в его зрачки, сузившиеся до булавочных головок. Моя рука метнулась к шее, туда, где пульсировала сонная артерия. Фрейдрих замер. Веки дернулись, и с тихим стоном он повалился на меня. Я с трудом усадила его в кресло. Рука создателя безвольно свесилась, бренча перстнем по резной ножке.

«Кажется, я влипла!» — подумала я, бросив взгляд на бессознательного Фрейдриха. —Что бы он сказал, если бы узнал, что я его сестра? —Ничего хорошего», — ответил внутренний голос. Я с ним согласилась и открыла дверь в коридор. Пусто. Осторожно вышла и на мгновение замерла перед портретом бабушки Эльзы. Светящийся шар продолжал парить под потолком, неярко освещая картину. Теперь я знала, к какой семье принадлежу, чей кулон находится у меня, и чья магия передалась по наследству. Для любого человека важно знать свои корни. Это дарит ощущение принадлежности к чему-то большему. Это как мост между прошлым и будущим, который помогает не потеряться в быстро меняющемся мире.

Я рванула по коридору. В доме я видела только одну служанку, но сколько всего было слуг... Они могли попытаться остановить меня.

— Пусть попробуют, — беззвучно прошептала я одними губами, расправляя плечи. Лестница встретила скрипом на третьей ступеньке. Плевать. Я неслась вниз к входной двери. Дернула ручку изо всех сил. Закрыто!