Книга Скиталочка. Куда он, туда и я, страница 133 – Андрей Буторин

— Мой промах, – легко согласилась графиня, поняв, видимо, что свидетелей очень много, и так просто мы не сдадимся. – И что дальше?

— Я считаю, – взглянув на Охренелу, скромно кашлянула Анна, – что дело именно в этом. Ты ведь не знала, что он так себя назвал, потому твои слова были правдой. Но все же чуть-чуть не совсем, потому что ведь он как бы и Юлитон, и уж точно твой законный супруг.

— Мракобесие какое-то! – потрясла головой графиня. – Тебе бы в королевском суде заседать. Глядишь, головы преступникам рубили бы не целиком, а частично.

— Чуточку, – поправила Аня, но тут же, покраснев, прикусила губу.

— И тем не менее, – сказала я. – Муж есть, сама признала.

— Подумаешь, проблема, – фыркнула Охохоша. – Сейчас есть, скоро не будет.

— Ты что, его убьешь?! – дуэтом ахнули мы с Аней.

— Ну если только чуточку, – скривилась в дурацкой усмешке Ахти.

— Он тебя любит, – процедил Иван.

— Да не собираюсь я никого убивать! Вот тоже нашли убийцу… Я и крысы не обижу! Ах, крысы уже нет?.. Ничего, сейчас…

— Не-е-т!!! – завопил, падая ниц, Пузик. – Пожалуйста, не надо!

— Да при чем здесь ты? – брезгливо дернула носом Охохоня. – Я говорю: ничего, сейчас вытащу сюда этого влюбленного пня, официально расторгнем с ним брак – и сразу за новую свадебку. Что, женишок, так годится?

— У меня два условия, – побледнел Иван.

— Чего ж так мало? Давай уж сразу три, – недобро прищурилась графиня.

— Да, правильно, три… Первое – ты отправишь домой Олу. Второе – ты отправишь домой Анну…

— Дай я угадаю третье! Я отпускаю домой тебя?.. Увы, дорогой, не получится.

— Третье, – еще сильней побледнел Ваня, – ты вернешь Юлитону человеческий облик и отпустишь его с миром.

— На третье согласна, – хищно оскалилась Ахтиха. – Хотя оно и состоит из двух…

— А на первые?.. – покачнулся Иван.

Я рванулась к нему – ведь вот-вот упадет в обморок! Но графиня резким движением руки заставила меня замереть и с откровенным удовольствием проговорила:

— Я не могу отправить домой твоих девок! Даже если бы хотела. Я просто не знаю, как это сделать.

И я, даже не будучи ведьмой, прекрасно поняла, что она сказала правду.

Снова повисла тишина. Хотя лично мне хотелось вопить и плакать. Но в конце концов я сумела выдавить из себя лишь:

— Но как же так?.. Ведь ты говорила, что…

— Мало ли я чего говорила, – отмахнулась графиня. – Мы все потрепаться любим, чего уж там. Ты тоже, скажу я тебе, не молчунья.

— Но я не обещала того, что не могу выполнить! – в отчаянье выкрикнула я.

— А кто тебе запрещал? – пожала плечами Охохоня. – Обещай на здоровье, у нас свободное королевство. Практически.

— Но я так не могу! Это не честно! Так нельзя делать! Нельзя внушать людям надежду, а потом…

— Ой, ладно, хватит, – прервала меня графиня. – Уши уже болят от твоих причитаний. Ты так не можешь, а я могу. Я вообще много чего могу, чего ты не можешь. И что мне теперь, жалеть тебя, бедненькую и несчастненькую? Может, еше удочерить?

— Крысу, вон, удочери, – мотнула я головой в сторону Пузика, вспомнила, что он опять уже не крыса, но менять ничего не стала. Крыс и без старца хватает, захочет – найдет.

— Атевсия, так нельзя! – поддержал меня Ваня. По-моему, он расстроился даже больше, чем я. Хороший он, добрый. Нельзя его Охренуле отдавать, сожрет она Ванечку, сгубит.