Книга Леди горничная принца-дракона, страница 78 – Стася Лис

Господин Мано даже приподнялся на локтях, не веря своим глазам. А я не удержалась и упала на колени, опираясь ладонями о землю. Тяжело дыша, я не сразу заметила, как из носа закапала кровь.

— Ты… как ты это сделала?

Я промолчала, потому что сил не было уже ни на что. Перед глазами всё поплыло. Меня повело в сторону, и я вновь потеряла сознание под крики господина Мано.

* * *

— О, ну наконец-то, – проговорил голос позади меня.

Я обернулась, встречаясь с белыми, почти прозрачными глазами незнакомца. Волосы его были длинными, жили своей жизнью, словно мы находились под водой. А нижняя часть тела состояла из небольшого вихря. Он закружил вокруг меня, скрестив руки на груди, и если бы у него были нормальные человеческие ноги, обязательно затопал бы одной.

— Кто вы? – спросила я.

— Буран, – буркнул незнакомец. – Повелитель ветров и непогоды. До тебя не достучишься. Я уж думал бросить тебя и перейти к другому магу.

— К другому? – опешила я, совершенно ничего не понимая. – Где я?

Только что была под завалом, а теперь парила над зелёным лесом. Над головой высилось чистое голубое небо без единого облачка. Однако солнца я не видела. И птиц тоже не слышала. Только шуршание листьев на ветру.

— Дикое царство, – ответил спокойно Буран. – Точнее то, что от него осталось.

Я слышала о таком. Во время расцвета драконов Дикое царство считалось местом обитания богов природы. И самые выдающиеся драконы после своей смерти мечтали попасть сюда. Однако после уничтожения Змея Уробороса и открытия Разлома Дикое царство кануло в небытие. О нём больше никто не вспоминал и попасть не стремился.

— Я думала, это просто легенда, – проговорила я, ошеломлённо уставившись на божество перед собой.

— Меньше думай. Времени и так мало. Давай кое-что проясним, – настойчиво начал Буран. – Есть для тебя два исхода: или ты принимаешь меня как своего проводника, или остаёшься под завалом.

— Я приму! – уверенно заявила я. – Что мне нужно делать?

Буран усмехнулся, морщинки на его лице разгладились, и, казалось, вихрь немного успокоился.

— Для начала закрой глаза, – заявил он деловито, словно учил меня, как правильно считать. – Тебе ведь говорил Валериан о важности прислушаться к ветру?

Я кивнула.

— Так вот. Закрой глаза и скажи мне, что ты слышишь.

Я закрыла глаза, как он и велел, и попыталась сосредоточиться. Но кроме шелеста листвы ничего не услышала.

— Ты безнадёжна, – разочарованно заявил Буран.

— Прости, – с сожалением произнесла я.

— Да мне-то всё равно, – пожал он плечами. – Это твой выбор. Остаться там в темноте, пока мана не истощится.

— Я попробую ещё раз.

У меня не было идей. Я ведь слышала ветер, слышала, как он играет с листьями. Неужели этого мало? Неужели я действительно никогда не выберусь оттуда? Почему именно мне досталась эта сила?

Я не знала ответов. И Буран вряд ли станет ими делиться. Но знала одно — умирать самой и смотреть, как умирает другой человек, я не собиралась.

Голова опустела, тело вдруг стало лёгким. И тогда я услышала лёгкий, едва различимый шёпот. Ветер говорил не со мной, но я слышала, как он скорбно рассуждал о людях и драконах. Шелест сотен разных голосов заполнял голову. Я вдруг поняла, что и мана моя становилась сильнее.

И в тот самый миг, когда тысячи голосов ветра наконец слились в один чистый, звонкий хор, я почувствовала, как внутри меня что-то рвётся и одновременно собирается заново. Мана вспыхнула ослепительной, живой силой, пронизывая тело от кончиков пальцев до самого сердца. Я больше не была испуганной полукровкой, заваленной под обломками. Я была Графиней Чешуи — наследницей ветра и бури. И теперь я точно знала: мы выберемся. Любой ценой.